Порочные игры взрослых

— Так-то лучше, — Никлас поцеловал меня долгим холодным поцелуем в губы. Мне показалось, что это был поцелуй змеи. И сотня ее зубов вонзилась в мое тело и душу.

Никлас не спешил отстегивать меня от качелей. Он указал на стену со страшными игрушками.

— Это твой послесвадебный трофей! — Мужчина снял со стены самые большие розги, что я когда либо видела.

Из моих глаз потекли огромные слезы. Попала не в рай, а в ад!

— Ты станешь моей сабмисив после свадьбы и будешь ею до смерти.

Всё-таки он садист, а не доминант!

Сглотнула слезы и слюну и спросила: — До смерти — это когда примерно?

— Не знаю, сколько ты протянешь, — Никлас оценивал здоровье моего тела на глаз, абсолютно не улыбаясь. — Ты крепкая. Уверен, мне твое тело года два прослужит.

Мне хотелось надеяться, что это какая-то шутка.

— Что потом? — Вопросила я, набравшись смелости.

— Потом ты сдохнешь. Как и две предыдущие! — Никлас ухмыльнулся. — У Вас у шлюх одна судьба — могила.

— Я не шлюха. А ты — психопат, — взорвалась я, потеряв ориентиры.

— Ты — не шлюха? Да, ты — шлюшка! Моя шлюшка, — Никлас поцеловал меня в шею, оставив очередной засос на память. И тут до меня дошло главное:

— Как умерли предыдущие девушки?

— Ну, с последней игра одна закончилась плохо. Она мне угрожала, что сдаст в полицию. Шантажировала — женитьбой или откупом. Мне стало денег жалко, а шлёндра в жены мне не была нужна. Пришлось отвезти в лесополосу, изобразить сексуальное нападение и грохнуть.

— Как? — Тупо спросила я. Слезы застилали глаза.

— Вот так! — Никлас вытащил из сейфа ствол с глушителем, взяв меня за волосы, затолкал этот ствол мне в рот и захихикал.

Я от страха, перестала плакать.

— Кис, ты прелесть! За это я тебя люблю. Даже замуж беру.

Сняв меня с качелей, уложил в кровать. Укрыл как заботливый муж кровавым одеялом. Перед уходом не забыл пристегнуть одну мою руку наручником к спинке кровати.

— Детка, я мигом обернусь. Надо же к свадьбе всё приготовить! Платье, фату — всё куплю сам, ты не беспокойся. Свадьба пройдёт как у людей, ну за исключением гостей. Ты ведь понимаешь, нельзя никому знать об этом доме, а в ЗАГС я тебя отвезти не могу. Прости, конфетка, — психопат поцеловал меня в лоб и покинул комнату.

Я рыдала, понимая, что мне не сбежать, и жизнь моя закончена. Рядом на самом видном месте лежали розги. Яркий свет освещал страшную красную комнату. Ад — мой персональный ад, в который я попала сама из-за своей похоти! Я рыдала. Глаза опухли. После я уснула.

В этом сне демон имел два красных глаза. В руках у демона огненный хлыст. Удар. Еще удар. Боль разлилась по венам. Огонь достиг каждой клеточки. Часы моей жизни были сочтены. Двенадцать ударов. На часах стрелки показали ровно двенадцать ночи. Игры испепелили мою душу. Сожгли мое тело дотла!