Жизнь

Надеюсь, что когда-нибудь ты поймешь меня. Верю, что своим поступком спасаю тебя. Знаю, что ты прочитаешь это письмо и твое доброе сердечко, сможет хотя бы чуточку полюбить меня. Ведь ты так похожа на свою маму. У тебя ее глаза…

Ты – жизнь нашей семьи, дочь.

Мы всегда будем рядом, а наши сердца будут биться в тебе».

Я сидела на полу и смотрела на раскрытую книгу, лежащую на коленях. Звуки реальности стихли, образы померкли. Я погружалась в прошлое. Мне открывалось понимание чужой жизни. Я ощущала боль потери близкого человека. Я ныряла в муки совести. Убивала себя мыслями о том, что не уберегла, упустила.

Семья Солер. Сколько же страданий ты пережила! Сколько крови и несчастий! За что это сделали с тобой? И, главное, кто это сделал с тобой? Почему Рамон писал о признании собственной вины? Почему просил прощения за содеянное горе?..

– Зоя?

Мой взгляд автоматически уловил движение высокой фигуры, в которой я безошибочно узнала Себастьяна.

Давно он здесь стоит?

– Покажи мне тайник… Рамона. – потребовала я, все еще отчужденно.

Обеспокоенные глаза Эскаланта сузились, а темные брови сошлись на переносице.

– Не перестаешь меня удивлять! – пробормотал он и подал мне руку.

Я послушно встала с его помощью. Он не отпустил мою ладонь и нежно поглаживал большим пальцем…

Нет.

Я резко выдернула руку, понимая, что нужно сохранять равновесие хотя бы в этой стороне своих мыслей и чувств.

Эскалант тут же нахмурился, поднял книгу с пола и закрыл ее. Потом пошел к книжному шкафу, присел и вставил экземпляр литературы в пустующее место на четвертой полке снизу.

Раздался шорох и легкий скрежет.

Я вздрогнула и, словно, очутившись в одном из шпионских романов, увидела, как шкаф ожил и отъехал в сторону. Перед нами возникла металлическая гладкая дверь с разделительной створкой в центре, которая делала ее схожей с лифтом. Но вместо традиционной кнопки вызова, рядом с таинственным входом засветился маленький дисплей, под которым располагалась клавиатура из цифр и букв.

– Иди сюда, – оглянувшись, позвал меня Себастьян.

Я послушно приблизилась, ощущая дрожь и волнение.

– Ключ? – протянул он мне раскрытую ладонь.

Я достала из кармана пальто шкатулочку и отдала ему. Себастьян, открыв ее, вынул ключ и вставил в идеально подходящую замочную скважину там, где должна быть ручка. Раздался тихий щелчок и два писка. Панель с клавиатурой выехала из стены вперед, показывая, что вмещает в себе еще одну панель, но с круглым углублением в центре.

Я вопросительно посмотрела на Себастьяна и тот, кивнул мне.

– Положи туда палец, – приказал он.

Удивленно оценивая все происходящее, я приблизилась и выполнила его требования. Легкий укол проткнул мою кожу и я, вздрогнув, одернула руку обратно. Панель с механической грацией скрылась за клавиатурой, встав на место.

Из-за глубокого укола вступила кровь, и я сжала кулак, а потом посмотрела на Эскаланта.