Стрелок 4

— Твоими молитвами, — не смог удержаться от ответной улыбки Лиховцев, — а ты, как я смотрю, процветаешь?

— Есть маленько, — с подобающей скромностью отвечал ему Шматов с высоты козел.

— Полагаю, содержание выезда не самое дешевое удовольствие? — заметил Алеша, оказавшись внутри экипажа.

— Кто я такой, чтобы стоять на пути к успеху нашего друга? — философски заметил приятель, устраиваясь рядом с ним.

На самом деле, именно он ссудил Шматова деньгами на это обзаведение, здраво рассудив, что, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не вешалось, а свои колеса всегда могут пригодиться. Сегодня, судя по всему, представился как раз такой случай. В сущности, предложение Лиховцева выйти прямиком на царя было не таким уж безумным. Александр частенько посещал различные мероприятия, где они запросто могли встретиться. Будищева он знал, а потому мог и подозвать. А Мещерскому, буде тот заинтересуется такими маневрами, можно сказать, что ищет позицию. Сейчас главное выиграть время, а там видно будет…

Пора было трогаться, но тут к их парадному подошла молодая и, пожалуй, даже красивая дамочка. Увы, на привлекательном лице ее явно виделись черты порока, а манера ярко, но безвкусно одеваться и вызывающе вести себя не оставляли сомнений в роде занятий.

— Ты посмотри, какие карлики! — пихнул в бок товарища Дмитрий.

— Где? — изумился тот.

У провожавшего их швейцара так же не было сомнений по поводу нравственности стоящей перед ним особы, поэтому он тут же преградил ей путь и, внушительно рявкнул:

— Куда прешь, не видишь приличный дом?

— Полегче, папаша! — ничуть не смутилась проститутка, — скажи лучше, господин Будищев здесь проживают?

— А на что он тебе?

— Твое какое дело?

— Никакого, а только Дмитрий Николаевич человек порядочный и с такими шкурами знакомства не водит.

— Это я-то шкура? — возмутилась жрица любви. — Да я тебе…

— Брэк! — почти весело воскликнул покинувший карету Дмитрий, становясь между ними. — Трифон, благодарю за службу, а вы, мадам, потрудитесь объяснить, какая у вас надобность к Будищеву?

— Между прочим, мадемуазель! — жеманно поправила его дама легкого поведения, после чего смерив оценивающим взглядом, расплылась в профессиональной улыбке, — так это вы что ли?

— А что, не похож?

— Отчего же, очень даже похожи. Представительный и в форме. Так мне вас Степанида и описала…

— Что?! — схватил ее за руку Будищев. — Где ты ее видела?

— Полегче, красавчик! Ты мне еще не заплатил, чтобы эдак лапать.

— Пардон, мадемуазель, прошу принять извинения за некоторую экспансивность, — взял себя в руки подпоручик, после чего продолжил таким же любезным тоном, — но если ты, лахудра, мне сейчас же не скажешь, где Стешу видела, я тебя наизнанку выверну!

— В Крестах, где же еще, — и не подумала обижаться на угрозу служительница Венеры. — Мы с ней в одной камере чалились.

— Как она там?

— А чего ей сделается? Я ей поддержку дала, к себе взяла, можно сказать, последним куском хлеба делилась…