Старшина Империи. Часть первая

Хм, я думал, будет сложнее, всё-таки граф, а он вместо тонкой работы, решил показать силу. Что же, продолжаем.

— Никак нет, господин старший мичман. Не отдраю.

— Ты, что и дальше будешь оспаривать мои приказы? — он резко успокоился, и взял себя в руки. — Туров, ты понимаешь, что в этом случае мы не сработаемся, и нам придётся с тобой расстаться?

— А это был приказ, Ваше благородие? — спросил я.

— Да, старшина, приказ! — бросил он резко. Интересно, он думает, что умеет играть интонациями своего голоса, и его «качели» повлияют на меня? — Так что приступай!

— Никак нет, господин старший мичман.

— Я не понимаю, ты… — начал было он, но я решил прервать его на полуслове, чтобы наша пикировка не зашла дальше, чем следовало.

— Согласно уставу русской императорской армии, а также имперским законам о военной службе, и различным положениям о назначении наказания, проведения хозяйственных работ в армии, в том числе, отдельных положений, касающихся морской пехоты Российской империи — начал я своё наступление на Залесского. — Вы, не имеете полномочий приказывать мне заниматься уборкой Вашей каюты. Жилище офицера — это его лицо, показатель его культуры, дисциплины, и добросовестности, и именно офицер несёт за него ответственность, и самостоятельно проводит все необходимые мероприятии, в том числе и уборку, не привлекая, и не эксплуатируя труд своих сослуживцев, что является превышением полномочий. Понятие «жилище офицера» распространяется на каюту, комнату, дом, квартиру, и иные виды места проживания, даже на офицерскую палатку. — я перевёл дыхание, взглянул на ошарашенного моими словами и поведением графа, и продолжил. — Также Вы не можете назначать кого-то из нас на руководящую должность в отделении, это прерогатива штаба, в нашем случае академии, а на временное исполнение обязанностей может назначить только командир взвода, руководствуясь положениями о порядке назначения должностных лиц в мирное и военное время. Поэтому, Ваши обещания выглядят крайне сомнительными, даже ложными, как, собственно, и все остальные Ваши слова о принятии решений, разрешениях, и прочем. — не только граф смотрел на меня удивленно, Серёжа тоже стоял, выкатив глаза, не веря в то, что происходит. — Как распоряжаться своим личным временем — личное дело военнослужащего, за тренировки, и прочие профильные занятия несет ответственность мичман, командир отделения, и остальные унтер-офицеры, которые способствуют, помогают, и поддерживают рядовой состав, в том числе и подталкивают к совершенствованию своих навыков. Все не боевые задачи, решаются внутри отделения, потому что оно в том числе, должно быть готово к самостоятельному выполнению боевых задач. Офицеры взвода же отвечают за боевое слаживание таких групп, ну и так далее. — решил я закругляться, осталось только добавить, — в обязанности старшего мичмана входят проверки готовности отделения взвода к боевой службе в мирное время, и, по приказу лейтенанта, руководить соединением из нескольких отделений во время боевых операций, а также заведование хозяйственной частью, и снабжением взвода. Грубо говоря, опуская множество нюансов, которые так любят наши крючкотворы, Вы, можете ставить передо мной боевые задачи, или отдавать иные приказы взводного значения, требовать отчета о подготовке личного состава, о состоянии боевого оружия и доспехов. И всё это в условиях отсутствия командира у моего отделения, но приказывать мне мыть полы в своей каюте, или как-то Вам услужить, Вы, не можете. Если Вам захочется более подробно разобраться в законах, на которые я ссылаюсь, то ознакомьтесь с императорским указом номер триста сорок восемь от второго января две тысячи сто пятнадцатого года о ясности в армейской службе. — Фух, всё сказал! Занятия на юрфаке не прошли даром.