В августе сорок второго

Томас Эдмунд Дьюи зашел в кабинет быстрой энергичной походкой и сразу же плюхнулся в кресло президента, которое так мечтал занять в свое время. Из-за чехарды в Конгрессе и нападения джапов он не смог поехать в Дэплмир, довольно большую ферму неподалеку от городка Поллинг, ему так необходимо было хоть на время окунуться в дружественную обстановку «Квокер-Хилл», сельской общины преуспевающих землевладельцев, прихожан епископальной церкви, но не судьба! Еще вчера Тафт передал ему все дела, в том числе документы, которые требовали срочной подписи президента, но Дьюи не спешил приступать к делам, он ждал своего первого посетителя, некоего Томаса (Томаша) Качински, человека, с которым судьба свела его во время работы в прокуратуре Нью-Йорка. Этого молодого польского эмигранта, приехавшего в город вместе с семьей в конце двадцатых, Томас Дьюи вытащил из очень больших неприятностей: Томаш перебежал дорогу итальянской мафии, его не нашли, но мафиози наказали в отместку семью, вырезав ее, а Кристину, жену, еще и пытали, и изнасиловали. В это время прокурор Нью-Йорка начинал свою собственную кампанию против итальянской мафии, которая стала сильной и влиятельной после введения сухого закона, зарабатывая на подпольной торговле алкоголем десятки тысяч долларов. Томашу Качински подбросили имена тех, кто убил его семейство, через неделю всех троих нашли мертвыми. Дьюи поразился тому, как тихо и жестоко расправился с ними молодой поляк. При этом умудрился не оставить никаких следов. Так Томас нашел Томаша, который стал при Дьюи исполнителем очень «скользких» поручений. Во время борьбы прокурора с известным гангстером «Голландцем» Шульцем, пан Качински «работал» под прикрытием в банде «Голландца», потом толкового поляка «перекупил» конкурент Шульца, «Счастливчик» Лаки Лучано. Перебежчик был среди тех боевиков, которые позже устранили в туалете бара в Ньюарке самого «Голландца», при этом заключительную фазу операции с вынесением приговора мафии в тело совершил сам Томаш. Так совпало, что случилось это накануне того, как мистер Шульц решился устранить надоедливого прокурора Нью-Йорка. Качински убедил Лучано, что необходимо устранить конкурента и предотвратить убийство настойчивого прокурора, в надежде, что тот от него отстанет. Намеки Лучано не помогли: вскоре прокурор Дьюи взялся и за него, «Счастливчик» оказался в клещах правосудия. Томаш обеспечил для прокуратуры присутствие тех свидетелей, которые позволили упрятать Лучано за решетку за сутенерство, особенно эффектным была ломка у героинщицы Мэри Эн, причем прямо во время суда, с потерей сознания и признанием, что именно Лаки заставил ее принимать героин чтобы принудить к проституции. Еще одной заслугой Качински стало похищение Рихарда Ланге, помощника и бухгалтера Фрица Куна, лидера немецких нацистов. Рихарда, через несколько дне бесследно исчезнувшего в глубине планеты Земля, «кололи» на конспиративной квартире, жестко и эффективно. В руках прокуратуры оказалась тетрадь с истинными финансовыми операциями организации Куна. Удалось сначала перекрыть «левые» потоки финансирования, а самого Фрица закрыть за растрату средств организации на личные нужды: лидер американских нацистов любил пошиковать.