Из двух зол

– Бабушкины сказки. Зулей-перецветник никогда не цветёт. Это только легенда, подобная той, что существует на земле о цветке папоротника.

– Легенда?!

Варя, конечно, не ботаник, но про папоротники знала. Размножаются они спорами – то есть никогда не цветут, даже в ночь на Ивана Купала. Неужели с Зулей-перецветником такая же история? Он не зацветёт ни через пару недель, ни через год? Мозг отказывался адекватно воспринимать информацию. Варя уже привыкла относиться к происходящему как к авантюрному приключению, которое через месяц закончится. Научилась успокаивать себя мыслью, что продержаться ей нужно всего-то тридцать дней – и всё: страшный сон развеется, она проснётся и снова окажется в привычной обстановке. Но, выходит, Неизуральдина либо преднамеренно обманула, либо заблуждается сама, однако вернуть Варю домой не сможет. Так же как не смог вернуться в родной мир Ваня, хоть и посвятил поиску такой возможности всю жизнь.

Резкий приступ головокружения и тошноты накатил волной вместе с горечью осознания безысходности. Вот оно – никакого выбора, никаких: хочешь Задвинск, а хочешь Среднеколыванск, только один безальтернативный вариант: навсегда остаться здесь, в этом мире, чуждость которого сейчас ощущалась особенно ярко.

Эрвин, похоже, проследил весь ход мыслей Вари. Понимающе посмотрел и прижал к себе:

– Когда вернёмся в резиденцию, дам тебе препарат на основе сока Чукуса. Станет легче.

В нежных объятиях принца вдруг захотелось заплакать. Разреветься, как маленькой девочке. Но усилием воли проглотила слёзы – Эрвину ещё горше. Он испытал похожие тяжкие чувства совсем ребёнком, и не было рядом ни единой души, способной понять и успокоить. Только женщина, заменившая мать, которую он сегодня чуть не потерял и которая, не известно пока, сможет ли поправиться.

Но зато теперь у Эрвина есть Варя. Вместе они станут отличной командой. Им нельзя раскисать. Наверняка, какой-то способ вернуться в родной мир существует. А раз существует, то обязательно будет найден.

– Не надо сок Чукуса, – решительно сказала Варя. – Знаю кое-что получше.

Самым эффективным средством, помогающим справится со стрессом и нервным перенапряжением, Варвара считала физические нагрузки.

– Возвращаемся в резиденцию. Нам нужна тренировка. Долгая и изнуряющая.

Всю обратную дорогу, Варя и Эрвин разговаривали. Им нужно было много рассказать друг другу. Варвара в деталях описала свои приключения: как оказалась в этом мире и что произошло потом. А Эрвин поделился своими детскими воспоминаниями.

– Знаешь, близкие, знакомые и врачи, которых нанимал отец, постоянно твердили мне: всё, что я им рассказываю, это мои фантазии. Если честно, до сегодняшнего дня у меня у самого оставались сомнения: действительно ли, всё, что я помню о себе до семи лет – это правда или же всё-таки следствие какого-то психического расстройства, – сознался Эрвин. – Только теперь, после разговора с тобой, окончательно убедился: мир, в котором прошло моё раннее детство, не придуман мной – он существует на самом деле.

– Ещё как существует, – заверила Варя. – И мы найдём способ вернуться.

– Я всё перепробовал.

– Не всё, – Варвара усмехнулась. – Для начала потрясём Неизуральдину.

– Не думаю, что она что-то знает.

– Знает! Как-то же ей удалось поменять нас с Юнивецией местами. Сказала, что дала той выпить какого-то зелья, сваренного по рецепту прабабки, и опачки: я – здесь, а Юнивеция – там.

Принц скептически покачал головой. Варя и сама с недавних пор подозревала Нею в обмане. Чего-то та или недоговорила, или приукрасила. Но Варвара была уверена, что сможет вывести соффу на чистую воду: не угрозами, так обещанием хорошо заплатить.

– Решение обязательно найдётся, – подбодрила Варя. – И, кстати, у нашей команды есть ещё одна задача, кроме поиска способа вернуться домой. Нужно разобраться, что творится вокруг, почему происходят покушения и как не стать следующей жертвой.