Вирус Кагуя: креатор

Все начали обсуждать фальшь старт Аники и громко смеяться. Патрульному стало стыдно.

– А что это за должность такая – Смотритель, – попытался сменить тему Аника.

Ричард пожал плечами и ответил:

– Сам не знаю, Сементис – секретный объект.

– Сементис?! – потрясенно повторил Крайс.

Ричард утвердительно кивнул.

– Быть такого не может! Мы не знали, что тебя туда переводят, – с восторгом проговорил коллега.

– А что такое Сементис? – недоумевал Аника.

И Крайс во всех подробностях начал рассказывать о Северо-Восточном отделении и вкладе Сементиса в развитие мужского общества. Ричард, который сам потратил много времени на поиски хоть какой-то информации об этом секретном отделе, был поражен осведомленностью Крайса.

– Откуда ты так много знаешь о Сементисе? – спросил Ричард.

– Северо-Восточное отделение было мечтой всей моей жизни, – с восторгом заявил коллега, – Я еще в школе решил попасть туда во что бы то ни стало.

– В школе? Откуда ты мог узнать про Сементис в школе? – удивился Ричард.

– Мне стало интересно, откуда я появился. У меня было столько вопросов, что голова лопалась. Был буквально одержим мыслями о мироздании и своем месте в этом мире. Однако в учебниках ответов на многие вопросы не нашел, хотя перерыл всю школьную библиотеку. Учителей всех достал своими расспросами, но ничего конкретного не выяснил. Однажды ко мне подошел преподаватель биологии и пригласил на олимпиаду между школами. Я хотел отказаться, но когда узнал, что в качестве приза разрешается поговорить с ГИСУС, сразу согласился. По многим предметам я не силен, но в биологии равных мне не было. Когда объявили результаты, оказалось, что победил с большим отрывом. А потом… Помню, как перед разговором с ГИСУС ноги тряслись и колени подкашивались…

– Еще бы, – поддержал друга Люк.

– Он-то и рассказал мне про Сементис. Колыбель мужской половины человечества. ГИСУС поведал о том, что Сементис разрабатывает программы воспитания и закладывает базовые ценности в сознание малышей.

– Да чего там закладывать, они же там маленькие совсем, – возразил кто-то из коллег.

– С первых дней жизни и до трех лет мозг человека работает на повышенных скоростях. Столько нужно запомнить, ко многому приспособиться. Мы никогда не бываем такими смышленными, как в этот период… За исключением Аники, конечно, он и тогда был не шибко умный, – засмеялся Крайс.

– У тебя, я посмотрю, интеллект через уши клоками высыпается. Как синтепон из дырявой подушки. Все полы в Нагорном отделении в ошметках твоего ненасытного разума. Даже не знаю, как тебя такого умного сюда приняли, – злорадствовал Аника.

Собравшиеся зашумели и начали подтрунивать то над Аникой, то над Крайсом.

Ричард сперва тоже смеялся, потом отвернулся к окну и увидел, как на горный хребет опускается ночь. Люминисцентные лампы еле заметно мерцали, отражаясь в стеклянной поверхности окна, от чего скалистый пейзаж был трудно различим. Молодой человек закрыл глаза и представил, как с обратной стороны рамы ветер с разбегу врезается в прозрачную преграду и, не имея возможности добраться до патрульных, вымещает свой гнев на гладких стенах здания.