Провокация седьмого уровня [СИ]

— В крайние дни, — поправил друга Павлик, сплюнул через левое плечо и постучал по деревянному столу. — У меня такое чувство, что моя жизнь делится на две части: на кошмарную и скверную. Ночью кошмары донимают, а днём скверна заела. Прикинь, дружище, за мной уже следят. — У Павлика при этом было такое лицо, как будто он только что узнал о вторжении на Землю инопланетян.

— Кто за тобой следит? — удивился шокированный Рудик. Он хотел сказать: «Кому ты такой красивый нужен?», но это было бы грубо по отношению к другу.

— Враги народа, кто же ещё, — разъяснил Павлик. — Хочется им, гадам, христианской крови испить. Но, ни на того они напали. Я буду самая страшная их ошибка. Клыки они об меня обломают.

Павлик достал из кармана и продемонстрировал носу Рудика две головки чеснока.

— Так они что, вампиры, эти твои враги? — вытаращил глаза на друга Рудик.

— А то, как есть упыри, — солидно кивнул собеседник, доставая из другого кармана пузырёк с водой. — Святая вода! Если что обрызгаю их святой водичкой, пусть дохнут.

— И как выглядел тот упырь, что за тобой следил? — с любопытством поинтересовался Рудик. Видно было, что он совершенно не верит, что в городе завелись ещё и упыри.

— Выглядел он, естественно и нормально, как и все упыри, — Паша стал подробно описывать внешность следящего за ним мужика.

Из его описания выходило, что мужик, который следил над его перемещениями целый день, таскаясь за ним по пятам, как привязанный, был по описанию очень похож на клиента Рудика, щедрого Эдуарда Петровича. Вот только зачем Эдуарду следить за чокнутым Павликом? Вроде бы мужик был правильной ориентации. Или ему голову Солнце напекло, и он тоже подался в свидетели многослойного устройства мира или в упыри. На упыря он явно не тянул, хотя кто их знает упырей этих.

— Ты что не знал, что у нас в городе есть целый квартал, где живут исключительно одни упыри, — понёс Паша совершеннейшую околесицу. — Обычных-то людишек в этом квартале они давно подъели. Теперь там сами заселились в одной куче. Кубло у них там. Матёрые твари, прикинь, даже Солнца не боятся. Наш мир — исключительно жестокое место для нормальных людей, таких, как мы с тобой.