История войны и владычества русских на Кавказе. Народы, населяющие Кавказ. Том 1 [litres]

Кроме приготовленного мяса, каждое семейство приносило с собой кругленький столик, пасту, пирожки с сыром и прочие кушанья. Рассевшись на земле вокруг столиков человека по четыре, главы семейства принимались за пищу и питье. Молодые люди не участвовали в пиршестве, они разносили яства и напитки, прислуживали старшим и довольствовались остатками кушаний. Женщины составляли отдельный кружок и старались скрыть от мужчин, что едят, в особенности девушки, которые скорее готовы были остаться голодными, чем допустить, чтобы мужчина увидел их жующими[50].

Подобные жертвоприношения совершались у черкесов довольно часто, в честь разных божеств и высших покровителей. Веруя в единого Бога и называя его Тиа и Тиар, черкесы признавали божество в трех лицах: Тга-Шхуо (великий Бог), Марием-Тга-Пши (Мария-Бог-князь) и Шериупз (смысл и значение этого слова утрачены), но в то же время верили и молились множеству различного рода покровителей. Так, в народном сознании существовал Зегуш (или Зейкутх), покровитель наездников, Емиги — покровитель овец, Хепегуаш — дева морских вод и Псегуашаха — дева вод речных, Хятегуаш — дева, покровительница садов, Кодес — бог в образе рыбы, удерживающий море в пределах берегов, Мезитх — бог лесов и покровитель охотников. Его молили об удаче на охоте и представляли едущим на кабане с золотой щетиной. Народ верил, что по мановению Мезитха собираются на луга все олени и лоси и божественные девы доят их самок.

Всем этим богам приносились жертвы. Так, после каждаго удачного набега черкесы отделяли лучшую часть добычи в пользу Зейгута, относили ее в священную рощу и вешали на деревья. Многие леса до сих пор наполнены множеством приношений, состоящих по преимуществу из старого оружия и металлических предметов. Хепещаш чествовали пляской на берегу моря, а в честь Псегуашахи плескались в воде и обливали друг друга.

Гром и вообще гроза особенно сильно действовали на воображение народа и внушали ему безотчетный страх. Черкесы благоговели перед Шибле — богом грома – и представляли его себе соперником Тга-Шхуо, или великого бога. По народным преданиям, старшинство последнего сомнительно.

«Если бог Шибле рассердится, – говорили черкесы, – то вряд ли Тгашхуо найдет себе место, где укрыться»[51].

Вера в силу Шибле была так велика, что убитого молнией считали блаженным и погребали на том самом месте, где он был убит. По мнению черкесов, жертве молнии приносит этот знак небесного благоволения ангел. Животных, убитых молнией, хоронили также на месте гибели.