Успехи Луны (СИ)

— Почему вы находитесь в Замке!?

Да уж, вопрос актуальный. Вся моя светлоэльфийская армия, включая только что нанятых в роще, к моему прибытию оказалась вовсе не на передовой, где должна была пугать своим присутствием змеенышей Ормстюра, а в замке Инмуррс. Здесь же присутствовал Нэбутей, спокойно наблюдавший за Баэльквейтом, который не менее спокойно готовился к поединку.

На боевом оружии. С Мастером. Который превосходил его уровнем раз этак в пять.

— Мы решаем вопрос о праве отдавать приказы и исполнять их, – с явным удовольствием в голосе ответил мне Майротуо. Впрочем, полуэльф в это раз был слегка напуган, он явно не ожидал, что я заявлюсь настолько рано.

Это и была причина того, что я сорвалась с места и максимально быстро оказалась в Замке. Отправлять светлых эльфов с Шайнтлайном было рискованно. Впрочем, еще рискованнее было игнорировать очередной конфликт, затеянный Майротуо. Полуэльф вполне резонно заявил, что существенно усилит отряд Баэльквейта, и после тренировки отправился с ним оборонять Алкатьяфьюн. Показал он себя неплохо, но после отступления что-то произошло между ним и Каэлитарой, и именно на это «что-то» и сработала сигнализация. Так что пришлось лететь, доверившись Шайнтлайну. Но – доверяй, но проверяй. За идущим по дороге отрядом следила пара еще вечером вызванных к нам пикси. Основной их задачей была разведка возможных орочьих засад, но и для слежки за Шайнтлайном они годились.

— В праве исполнять мои приказы вы, надеюсь, не сомневаетесь? – ехидно уточнила я.

— Леди, – учтиво поклонился мне Майротуо, – я ни на мгновение не полагаю, что ваши права в этом замке ущемлены. Однако, если воины не подчиняются приказам в военное время, и оспаривают право старших рангов, то поражения не избежать.

Вот же скотина! Я ниже его и рангом, и уровнем, и он это знает!

— Точно так же, как и то, что непосредственно во время ведения боевых действий решать такие вопросы путем дуэли запрещается, – парировала я. – Вы ослабляете и без того невеликие наши силы. То, что Ормстюр сейчас готовится пережить эту ночь в осаде, не отменяет этого правила.

— Однако, вызов был брошен, не взирая на это, и в такой форме, что я не мог не принять его, – возразил Майротуо. – В таком случае, нарушителями являются те, кто бросил вызов.

— Все было настолько оскорбительно? – уточнила я. – В настоящее время принятие любого вызова является таким же нарушением, как и сам вызов.

— Я приветствую вас, Леди Сешат, – ко мне подошел Мастер вместе с Баэльквейтом. – Боюсь, что речь шла также обо мне и моей семье. Именно поэтому Майротуо не смог отказаться.

Я посмотрела на Каэлитару. Эльфийка стояла, что называется, в растрепанных чувствах. С одной стороны, она была уверена в своей правоте. С другой – поняла, что все идет неправильно, и может кончится очень плохо. Встретившись же взглядом со мною, она потупилась и спрятала глаза.

— В моем праве перенести дуэль на более поздний срок, – утвердительно обратилась я к Нэбутею. То, что Каэлитара право защитить ее честь передала Баэльквейту было понятно. Как и то, что Майротуо, ничуть не смутившись, передал это право своему отцу. В отличии от моего генерала, который все это время успешно прогрессировал, сынок Мастера стоял на месте. И Баэльквейт на мечах уже превосходил его.

— Только если вы не собираетесь немедленно атаковать викингов, – ответил мастер. – Если бой намечается завтра, то лучше решить этот вопрос здесь и сейчас.

— Именно! Я собираюсь атаковать немедленно. И ваша дуэль этому очень серьезно мешает.

Мастер сердито взглянул в сторону своего сына, чем вызвал у того неподдельное удивление. Похоже, он знал про мои планы, но не предполагал, что, явившись в замок раньше, и передвину время их исполнения. Да еще как вернусь! Я невольно улыбнулась: при моем возвращении верхом на Искре та еще суматоха получилась. Искра была довольной как… Как… Как дракон! И тут же, по приземлению, была немедленно взята в оборот халфлинговскими детишками, которые очень хотели ее ощупать со всех сторон. Ну, совсем уж со всех сторон дракона им себя ощупать не дала, но, в основном, была совсем не против. Так и лежала до сих пор на поляне-алтаре, довольно щурясь и изредка выдыхая клубы дыма или пуская по своему телу радужные волны (способности хамелеона у нее становились все более ярко выраженными), чем приводила молодежь в неописуемый восторг.

— Вы, несомненно, знаете о моих планах, но я тоже не всегда все учитываю. И сейчас мои планы изменились, – подтвердила я сказанное. – Я вернулась раньше, и не желаю терять времени. Чем быстрее мы начнем, тем больше шансов нанести викингам серьезные потери, и заставить их отступить.

— Понятно. В таком случае, безусловно, дуэль должна быть отложена.

— Также я не нахожу возможным санкционировать Баэльквейта в качестве заступника. Каэлитара не имела права выбирать его. Так же, как и Майротуо – вас.

— Она имела такое право, – возразил Нэбутей. – Хотя это и порицается.

— Именно так! Каэлитара выбрала себе в заступники того, кто заведомо сильнее вашего сына в фехтовании. Такой поступок не делает ей чести.

Жаль, что она не попросила заступничества у Чесслайдрил. Та бы вправила ей мозги прямо на месте.

— В таком случае, я просто обязана отменить дуэль и наказать Каэлитару как за ее проступок, так и за сам факт вызова, – а также за то, что она не вняла моим строжайшим предупреждениям, и спровоцировала этот вызов. – Расскажите мне, что именно произошло?

— Каэлитара отказалась остановить своими стрелами наступавших викингов, не взирая на мой приказ. Из-за этого лишь чудом не попали в окружении и погибли три воина, – ответил Майротуо.

— Ничего подобного! – вскинулась эльфийка. – Майротуо, Сайрелас и нимфы отступали без помех. Моя помощь им не требовалась. Приказ же Майротуо ставил меня с луком и стрелами точно перед наступавшими без всякого прикрытия. Он просто пытался меня убить руками викингов!

— Я оставался рядом с ней тоже с луком и стрелами, – возразил Майротуо. Стрелком он был хорошим. Вторым после Каэлитары, пожалуй. – Мы успевали выпустить пять-шесть стрел и отойти. От таких действий викинги бы спрятались за щитами и замедлились. Иначе они могли нас догнать. Но поскольку Каэлитара сбежала, то Эйджилс успел серьезно ранить Викторию и одну из ее нимф.

Вот теперь мне все стало понятно – Майротуо проговорился. Дело было вовсе не в задержке наступления викингов. В данной ситуации вставать плечом к плечу с ним Каэлитаре было равно самоубийству. Эйджилс, викинг-лучник не стал бы даже пытаться поранить сына своего дражайшего учителя, зато лучницу живой бы не отпустил, ведь, по сути, именно из-за нее он лишился большого пальца. Естественно, поняв, что к чему, Каэлитара наотрез отказалась выполнять приказ. Мало этого: ни за что не поверю, что Баэльквейт позволил бы Майротуо командовать Каэлитарой.

— А как же вышло, что вам пришлось отступать из столь сложной ситуации? – спросила я.