Удивительный взгляд [ЛП]

«Забудь о любви, — говорила себе София. — Ты не любишь его, — но знала, что лжет себе.»

Влюблена в мужчину, который считает ее навязчивой и непостоянной. Насколько глупее она еще может быть?

София прислонилась к мягкой оббивке кареты и закрыла глаза. Она не знала, сколько было времени. Вернувшись домой, она могла найти Левиса и Сеси уже там. Сеси взволнованную или злую, или разочарованную ее отсутствием, и Софиb придется объяснять, где она пропадала, а потом Сеси реально разозлится. Верно, это будет идеальным окончанием этого дня.

В доме было тихо и темно, когда она вернулась, и когда она достигла своих спальных покоев, Сеси не ждала внутри, требуя объяснений отсутствия Софии. С облегчением, она позволила себе почувствовать усталость. Она разделась в темноте, будучи слишком уставшей, чтобы зажечь лампу.

С чувством безопасности в своей кровати София уставилась в высокий потолок и обдумывала то, что сегодня узнала. Провидец лорда Эндикотта создавал для нее фальшивые Сны, что казалось невозможным. И все же… загадочный человек, темноволосый мужчина, который, почти наверняка, один из сообщников лорда Эндикотта. И что важно — он не был выдуманным. София искала его с тех пор, как его существование впервые было упомянуто Сном. Что ж, по крайней мере Видящая не могла создавать целые Сны. Она лишь могла манипулировать обстоятельствами реальных людей, чтобы обмануть Софию. А этого не повториться вновь.

«Видящая может заставить Сны испариться до того, как я увижу их», — подумала София, и перевернулась, накрыв голову подушкой. Эта Видящая, кем бы она не была, имела огромное преимущество перед Софией, и теперь, когда она осталась одна и была слаба от усталости в своей постели, София с трудом сдерживалась, чтобы не впасть в отчаяние. Утром, — говорила она себе, и заставляла себя заснуть.

***

— Тебя очень не хватало на вечеринке прошлым вечером, — сказала Сесси. — Пибоди… — Она резко остановилась и откусила большой кусок яйца.

— Правда? — произнесла София, хотя по правде, ее не волновали Пибоди, которые были поверхностными и не очень яркими, и без сомнения, им нехватало только Софии, из-за социального штампа, который она поставила бы на их собрании. Она откусила яйцо, которое стало остывать, и пожелала, чтобы исчезла головная боль.

— Ничего не произошло, — ответила Сесси.

София положила ложку и уставилась на Сесси.

— Это не звучит, как ничего.

Сесси пожала плечами.

— Они сделали из себя таких дураков, спрашивая о твоем здоровье каждую минуту, а слова миссис Пибоди «Дорогая София», будто ты их сердечный друг. Мне показалось это забавным, но ты похоже не в настроении для юмористических историй.

— Наоборот, очень в настроении. Как я рада, что не пошла туда. Хотя, естественно, если бы пошла, то миссис Пибоди вмешивалась бы в каждый разговор, в котором бы я учавствовала, заливаясь тем ужасным смехом, похожим на скулёж, когда в череп вкуричивают сосульки. Я удивляюсь, как мы вообще с ними миримся.