Электронная книга - «Святоша. Путь защитника». Краткое содержание книги:
А я со своей развеселой жизнь этих поводов могу предоставить сколько угодно. Даже не стараясь.
Кофе мы пили молча. Я раздумывал о том, куда нам придется отправиться для снятия проклятья, сделает ли оптовую скидку за новый телефон завхоз и что ещё выдумает принцесса Анастасия.
Несколько относительно спокойных минут прошло, так я решил первым нарушить молчание и поторопить княжну, вряд ли у меня было много времени.
— Так что ты мне писала? Извини, но я действительно не видел твоих сообщений.
Яна смущенно покраснела и я понял, что и хорошо. Наверняка, когда я не ответил, её понесло и начались сообщения уже угрожающего характера. Ну хоть пристыдилась, есть свет в конце тоннеля.
— Ты сказал, что когда я подумаю, мы сможем поговорить. Я подумала и вот…
Что надумало это чудо природы, узнать мне явно было не дано. По набережной протарахтела «буханка» Глеба, остановилась у баржи и оттуда выбралась вся наша команда.
— Ох, прости, — честно расстроился я. — Надо уезжать. Но мы обязательно поговорим, позже, да?
Меньшикова вздохнула и чуть расслабилась, кивая, пусть и с легкой обидой. Как мне в таком плотном графике выделить хотя бы один спокойный час и уделить его девушке, я не знал.
Но это сделать надо было обязательно. Сам отправил думать, так что придется и выслушать. Что бы она там не надумала, хотела бы послать, уже сказала бы.
— Доброго утра! — расцвел в улыбке Герман, увидев мою гостью, и поклонился. — Сударыня, позвольте сказать, вы прекрасны! Увы, мы не представлены…
Он перевел взгляд на меня и запнулся, увидев как я напрягся. Дурацкая реакция, но инстинкт было не сдержать. Натянуто улыбнувшись, я представил княжну остальным и мы ещё какое-то время расшаркивались и здоровались.
— Извините, но мы вынуждены будем вас покинуть, — нетерпеливо прервал нас монах, поглядывая на часы. — Нас уже ожидают, так что пора ехать, Илья.
Герман ломанулся целовать руки Яне, но внезапно споткнулся о мою ногу и чуть не перелетел за борт, ухватившись в последний момент. Потерев ушибленную коленку, он буркнул «понял», извинился за свою неуклюжесть и ограничился поклоном и пожеланием княжне самого лучшего дня.
— Я… — немного растерялся я, понятия не имея о своих планах. — Напишу тебе, хорошо?
Меньшикова, в обществе отлично контролирующая себя, великодушно улыбнулась и отпустила нас восвояси.
— А вы с ней… — уже у дверей машины начал любопытствовать граф, получил щелчок по носу и отстал, несчастно вздохнув.
— Ты со своей рыжей сначала разберись, — окончательно вернул я его в реальность.
Герман помрачнел и хотел было начать ныть по этому поводу, но получил пригласительный подзатыльник от Глеба и забрался в салон.
— Итак, адепты, — вводил нас в курс дела наставник, притопив по дороге. — Профессор Далматский своеобразная личность. Ученый, в самом лучше и в самом худшем смысле. Первое. Ни в коем случае ему не дерзить, что бы он не говорил. Иван Сергеевич немного оторван от социума и забывает как про этикет, так и банальную вежливость.
— Этот тот самый Долматский, что устроил скандал на императорском приеме? — спросил Ростовский. — И его чуть в ссылку не отправили?
— Тот, тот, — Глеб недовольно поморщился на княжича. — Тогда, в общем-то, все и решили, что лучше профессору не мучить себя выходами в свет. Чему он, кажется, только доволен был. И теперь он собственно, никуда из своего дома не выходит. Можно сказать, стал отшельником, что не лучшим образом повлияло на и без того непростой характер.
Мы повернули к району небоскребов, но промчались сквозь него, забирая на запад. Выбрались из города, успев до образования утренних пробок и выехали на шоссе в сторону Ладожского озера.
— Второе, — продолжал монах, раскрыв окна и впуская аромат соснового леса. — Вопросов не задавать. Вообще никаких, даже о здоровье. До зимы там просидим, выслушивая. Профессор может и не ответить, но в ином случае его рассказ затянется надолго. Тут как повезет, но лучше не рисковать.
— А чего он делать то с нами будет? — Карл ерзал на неудобной скамейке, цепляясь за ручку на потолке.
— А я почем знаю? Эксперименты ставить, препарировать, — хохотнул монах.
Шутка не зашла, мы только все синхронно нахмурились. Но Глеба это ничуть не расстроило, а только больше развеселило. Отсмеявшись, он добавил уже серьезно:
— И последнее. Никакого оружия, никаких печатей. Ясно, Семён? Это всех касается, но тебя в особенности. Разнесете дом профессора, оставлю вас там, реально на опыты отдам.