999999999 маны. Том 4 (СИ)

Вертолёт завис над нами; хлопнула дверца. Первым, что оттуда вылетело, была смятая пачка из-под сигарет, и только потом — верёвочная лестница. Ну, точно Тина.

— Когда ты сказала, что вытащишь меня, — заявил Рубан, влезая наверх последним, — то не думал, что это будет настолько буквально.

— В моем ежедневнике тоже про ваше спасение ничего написано не было, — Тина глядела в основном на него. Смотреть на меня ей было по-прежнему неприятно — хоть она и не теряла сознание и не выворачивало желудок наизнанку, это было слишком очевидно. Старуха Дюбуа в принципе смотрела на нас всех так, будто мы были её злейшими врагами, а Лев…

Ну, здесь и так было всё понятно.

Впрочем, продолжить неловкий разговор нам не дали.

— Что ж, — раздался из рации у одного из бойцов спокойный, чуть насмешливый голос. — Значит, корректируем планы. Кстати, неплохо сработано, Валентина.

— Ты… — девушка выхватила рацию и уставилась на неё, — ты не…

— Не злюсь? Не сердит за то, что ты не послушалась? — Герберт Шраут — а это мог быть лишь он — усмехнулся. — Может быть, и так. Но я не разочарован. Плох тот Шраут, который лишь выполняет приказы. Быть Шраутом — значит, уметь принимать решения, идти наперекор другим и оставаться твёрдым в своей позиции… а сейчас, будь добра, передай рацию госпоже Дюбуа.

Слегка растерянная, Тина послушалась и протянула рацию старухе.

— Мадлен, — донеслось оттуда. — Рад видеть тебя и твоего внука у нас на борту. Я так и думал, что слухи о твоей смерти немного опередили время.

— Как и слухи о том, что вы якобы изловили Ротта, и сейчас он дожидается казни в камере, Герберт, — Дюбуа откинулась на жёсткое кресло.

— Ну, кое-кого мы и правда поймали, — согласился Герберт Шраут. — Но в целом, это не было целью номер один. Ты не хуже меня знаешь, что Ротт не убивал Императора.

— Он сделал кое-что похуже, — фыркнула Дюбуа, награждая меня уничижающим взглядом.

— Я?! — до сих пор я старался, как вежливый человек, не вмешиваться в чужой диалог, но тут уж не выдержал. — Я сделал? А вы, Мадлен, ни капли ни виноваты в произошедшем?

Я поднялся на ноги. Кажется, Дюбуа собиралась высокомерно проигнорировать меня. Нет уж! Такой роскоши я ей не дам.

— Может быть, часть моей вины в произошедшем и есть, — внутри меня всё просто кипело от ярости, — но если бы вы изначально не полезли со своими планами пожертвовать мной ради воскрешения Императора — ничего бы не произошло!

— Да как ты… — начала Дюбуа, но Шраут бесцеремонно перебил её.

— Так-так-так, — заметил он. — Кажется, это тот самый Марк Ротт, о котором в последние дни все столько говорят, и с которым я до сих пор не удосужился познакомиться.

— Зато я имела счастье, — поморщилась Дюбуа.

— Господа, — с лёгким рычанием в голосе включился Рубан. — Уважая ваше положение, происхождение и всё такое — вы думаете вообще не о том. Уж простите, что приходится перебить, но наша главная проблема сейчас — не найти виноватого, а избежать катастрофы.

— Совершенно верно, агент Рубан, — согласился Шраут. — А вы предлагаете что-то конкретное?

— Предлагаю задуматься, — Рубан наклонился к рации. — Люций — точнее, сущность в его теле — исчез отсюда. Вам ничуть не интересно, куда и зачем он направился?

Лев Дюбуа вздрогнул и перевёл взгляд на Рубана; кажется, он чувствовал себя крайне неуверенно. Тина пожала плечами, Дюбуа осталась безучастна… я же махнул рукой.

— Чтобы понять, куда и зачем он направился, нужно понять, что он задумал. А чтобы понять, что он задумал, нужно сообразить, что же он всё-таки такое выковырял из основания мемориала. И, кажется, — я перевёл взгляд на Мадлен, — среди нас есть та, кто знает ответ на этот вопрос.