Проклятье старинного кольца (СИ)

Процесс нетрудно было поставить на поток на заводском конвейере родной планеты. Проблема состояла лишь в том, что требовались еще конкретные климатические условия — определенное атмосферное давление, влажность воздуха, показатели магнитного поля. Это могло значительно увеличить дороговизну камня. Но и тут Альфреду повезло! Светлов сказал, что такие минералы, уже превращенные молнией в янтарин, находили в прежние века во Франглии. И тому имеются письменные доказательства, хранящиеся в историческом архиве Заливного Осетра.

Готовое месторождение устраивало Аии Фееда гораздо больше, ведь производство означало бы, что о драгоценном минерале узнали бы и другие иииняне. Вывоз же камня с Земли приводил к монополии Альфреда на ценное сырье.

Свойство камня перемещать человека по оси времени крайне заинтересовало Гутса. Насколько удобнее не таскать на борту корабля, где каждый килограмм веса на учете, машину времени, а надеть на палец кольцо с огненным янтарином и попасть туда, где есть такой же камень! Тут, правда, встает вопрос подзарядки минералов от молнии или при помощи эмоциональной энергии.

Чтобы решить эту проблему, Альфред был намерен прослушивать разговоры Воробьева и Светлова и дальше. Одновременно он решил попытаться добыть какое-то количество огненного янтарина.

Естественно, первым делом следовало сходить в музей, о котором Кирилл беседовал со Светловым и в котором была зафиксирована эмоциональная вспышка. Там хранилась фамильная драгоценность Бэклоу — перстень с тем самым огненным янтарином. К тому же, сотрудники музея могли располагать сведениями о месторождении, из которого был взят камень. Если залежи этого минерала имелись в средневековой Франглии, то что с ними стало позднее?

Информация об этом стоила того, чтобы улететь со своей, такой комфортной для проживания, планеты на дикую Землю. Но Гутс надеялся сделать еще больше — найти запасы огненного янтарина.

Альфред стал готовится к выходу. Мимикризатор работал отлично — его скафандр точно воспроизводил внешний вид человека. Недостатком было то, что мимикрия воссоздавала и некоторые физиологические свойства земных объектов, из-за этого Гутсу пришлось побрить безопасной бритвой подбородок, на котором отрастал волосяной покров. А вот глаза землян прибор не воспроизводил — они оставались оранжевыми с фиолетовыми кругами. Но Альфред предусмотрительно купил в оптике линзы зеленого цвета. Он относился к внешнему виду крайне педантично и ни о чем не забывал.

Гутс пошел в осетровский музей утром, когда дети учились в школе, а студенты — в вузах, и в здании не должно было оказаться слишком много народу. В зале восемнадцатого века он порадовался своей предусмотрительности: только дежурная дремала в уголке на стуле, никого из посетителей не было.

Альфред подошел к витрине в центре экспозиции и увидел перстень с серым камнем, а около него написанную по- франглийски и по-русски надпись. Она гласила, что в кольцо вставлен огненный янтарин, и кольцо это — фамильная драгоценность рода Бэклоу. Рядом располагался и текст легенды, связанной с перстнем, на русском языке. В ней говорилось, что перстень при особых обстоятельствах способствует исчезновению людей. Они пропадали и не появлялись на своей родине больше никогда.

Гутс сразу понял, что речь идет о перемещении во времени. Будь он землянином, наверно, заплясал бы от радости, но эмоции были ему незнакомы. Если научиться управлять действием камня, то его можно неплохо продать.

Как он понял, камень есть в фамильном кольце Бэклоу у леди Мортимер. Он поедет в то время и будет вести работу в двух направлениях — постарается найти месторождение и выкупить у графини ее фамильную драгоценность.

Недаром Альфред вез в такую даль машину времени, несмотря на ее громоздкость и большой вес. Ему ничего не стоило переместиться в восемнадцатый век.

Как же заполучить этот камень? Мысль украсть его в музее даже не пришла Альфреду в голову — он не хотел сидеть потом в земной тюрьме. Все нужно решить цивилизованно.

На его счастье, в зал вошла солидная женщина, по виду начальница. Ее худое лицо отличала некая аристократичность, а живые карие глаза затаили неведомую боль.

— Простите, можно к вам обратиться? — спросил Гутс, — вы — директор?

— Да, меня зовут Элла Георгиевна, и я — директор этого музея, — ответила дама.

— Вы, наверно, очень хорошо знаете Франглию?

— Да, особенно восемнадцатый век.

— У меня как раз по этому периоду вопрос, — Гутс оценил улыбнувшуюся ему удачу.

— Слушаю вас.

— Вот тут представлен перстень с огненным янтарином. А я слышал, что во Франглии тех времен существовало месторождение этого камня.

— Вы не совсем правы. Легенда, как вы видите, указывает на шестнадцатый век, но в восемнадцатом тоже находили огненный янтарин недалеко от поместья Бэклоу.

— А что стало позже с этим месторождением?

— Предположительно, после войны с Наполеоном в начале девятнадцатого века оно было расхищено и до наших дней не сохранилось. — Дама пристально взглянула на Гутса и заспешила. — Извините, я должна идти — дела.