Непокорный трофей

Поэтому самок оберегают очень трепетно. И каждая новая женщина в клане — это потенциальная угроза. Поэтому старейшины будут пристально присматриваться к новенькой.

Меня немного насторожили слова Илая. Я ожидала, что представление меня стае пройдет формально, а меня ожидало пристальное внимание. Пусть Лотрэйн обещал, что мне ничего не грозит, но волнение возросло после его рассказа.

Иногда Илай оставлял меня на пару часов, чтобы заняться делами. В это время мне действительно было плохо. Я остро ощущала его отсутствие: у меня кружилась голова, тело накрывала слабость, а к горлу подступала неприятная тошнота. Благо все симптомы исчезали, как только он оказывался в поле моего зрения.

Я думала о том, чтобы рассказать ему о Хлое, но решила отложить до того момента, когда ко мне вернутся воспоминания. Тогда я точно вспомню, кто отец моего ребенка. Лишь это останавливало меня от признания.

Несмотря на обиды и недосказанность, мы становились ближе. Не знаю, что стало тому причиной: обращение в волколака или забота, которой он меня окружил, но в те вечера, когда он задерживался, я, лежа в постели, чувствовала, как мне его не хватает.

Каждое утро на моей прикроватной тумбочке стояли свежесрезанные цветы. Их аромат въедался в кожу рук Илая, а мне оставалось удивляться, когда он успевает их собрать.

За день до представления я проснулась на рассвете от назойливого тошнотворного запаха. В вазочке возле моей кровати стоял букет сирени. Цветки только распустились, и их удушающий аромат заполонил всю комнату. Но больше всего меня отвратили руки Илая, которыми он меня обнимал.

Я тихонько выбралась из постели, подошла к окну и открыла его настежь. Надеялась, что приторный аромат выветрится. Но случилось обратное — прямо под окном расцвел этот проклятый куст, поток воздуха подхватил его аромат и занес в комнату. К горлу подступила тошнота, я бросилась в ванную. Желудок вывернуло наизнанку.