Случайные истории

Они двигались, опережая время, не давая упасть на землю листку с дерева, через которое они проносились.

Пули. Мы стали стрелять. Экберт сразу свалил двух мутантов, но они встали. И как убить кибермодернизированных мертвых? Все же пули оказывали свое воздействие на вампиров, они их сильно ослабевали, нас тоже. Нам надо было вогнать в этих кибервампов побольше серебра.

Мы стреляли, попадали почти в каждого гада. Но они были проворны. У них был вожак, он кричал:

– Вперед! – из его рта вырывалось что-то электронное, слабо напоминающее обычный голос вампа.

Вампиры-мутанты были уже в двух десятках метрах от нас. Патроны незримо кончались. И вот уже Клаус бросил свой дробовик и достал из ножен гигантский меч. Меч был как будто из фантастически-сказочных рассказов, исполинских размеров, но Клаус держал его одной рукой. Как богатырь из мифов он ринулся на троих мутантов. Поражая их мечом, он бился как лев, с неимоверной скоростью уклоняясь от ответных ударов мечами. Голова одного из мутантов отлетела далеко в кусты, тело упало на землю бездыханным. Все же без головы не могут жить даже вампиры, вот если бы сразу вставить голову назад, то она бы приросла, и мутант сразу бы ринулся в бой. Но нет, его голова теперь принадлежит червям, жучкам и земле. Тело вампира лежало под ногами у Клауса, а он все махал мечом, исполняя кровавый танец смерти.

Мы с Экбертом еще отстреливались. Экберт стрелял метко, от каждой его пули обязательно падал один мутант, не всем вампирам дана такая вот удивительная меткость. Хоть мы и сверхсущества, все же только Экберт из нашего клана обладал такой техникой владения оружием. Поэтому я взял его.

Выбирая лучшее, я всегда пытался отгородить себя от ошибок. Вот и сейчас мне повезло, моим соратником был Экберт, смышленый и умелый вампир, потрясающе владеющий пистолетами. У него были два мощных «Дизерт Игла», убойные пушки. Он стрелял ими, выпуская серебряные пули в свободный полет. Он как бы говорил им «летите, вы свободны!», и пули летели, пожирая плоть мутантов-вампиров, разрываясь в их кибернетических телах, уничтожая все.

Но тут я услышал звук «Цзынь», обозначающий, что патроны в моем пистолете кончились. Пора браться за клинок. Я достал меч, не длинный, не короткий, его вполне хватало, чтобы разрубить какую-нибудь мразь пополам (я вспомнил того вампира, которого убил вчера на задании).

****

Страх напал на Вермаша, сковывая его тело, когда он увидел, как схватились в жестоком бою вампиры и подобие их. Вермашу казалось из-за темноты, что у одних, тех, которых больше, из рук вырастают мечи. С противоположной стороны, на крыльце заброшенной церкви, стояли трое. Вермаш был слишком далеко, чтобы разобрать, кто там стоит, и единственное что он видел, постоянные всплески света от выстрелов, в этом свете он видел что-то угрожающее, как будто вся ненависть стрелявших выплескивалась в этих выстрелах, вылетала со скоростью звука вместе с пулями, посылаемыми во врага. Вермаш стоял за дубом. Он не в коем случае не хотел выходить из-за своего укрытия. Поэтому он ждал, как мальчишка, развязки сражения, за это и укорял себя. Нужно было помочь. Но кому? Вермаш не знал, что здесь происходит, и выйти с полицейским жетоном он тоже не мог: застрелят. Если бы он только знал, что среди тех троих стоит убийца, за которым он охотится. Детектив ждал.