Танго огненной любви

Глава 29

- Думаешь, что мы решили отомстить тебе за Ибрагима? – догадался кто-то из присутствующих. – Нет, девочка, это не так. – В его голосе послышались нотки примирения. – Если Ибрагим говорит, что ты невиновна, то мы тоже должны так считать, хоть признаюсь, что думаем иначе. Мы знаем, что это ты убила Хасана, да и Ибрагим, тоже это знает, но выгораживает тебя. Отсюда я делаю вывод, что Хасан сам виноват в происшедшем. А раз так, то мы, как его друзья Ибрагима, должны помочь ему.

- И в чём же заключается ваша помощь? – насторожилась я. – Отвезти меня в Турцию и сдать властям?

- Веришь, это было бы прекрасным выходом из положения, - заметил тот же мужчина, - но у нас иная цель. Мы пообещали Ибрагиму устроить вашу встречу. Он хочет видеть тебя.

У меня аж глаза вылезли на лоб от удивления, и я недоумённо протянула:

- Что же ему помешало явиться сюда, чтобы встретиться?

- То, что в суде он сказал, будто увидев, что сделала с его другом иноземная девушка, убил её и скормил шакалам! И теперь он находится под стражей.

Я вскликнула от испуга.

- Зачем он это сказал?

- Чтобы тебя перестали искать. – Неожиданно глаза говорящего потеплели, тон сменился на добродушный и он пояснил: - Ты – иноземка, а Хасан – сын почитаемого и власть имущего человека. Если бы ты была распутницей, как утверждает суд, Ибрагим не стал бы оправдывать тебя. Поэтому я знаю, что ты защищалась и мстила обидчику. Но это ничего не значит для нашего правосудия. По нашим законам тебя ждёт пожизненное заключение.

Я ахнула, вздрогнув всем телом. Одна новость «лучше» другой. Хотела, было, сказать, что в глазах Российского правосудия я могу быть невиновной, но тут вспомнила убийство белобрысого и поняла, что в обеих странах я нарушила закон, и меня настигло возмездие. Как бы я не скрывалась от полиции, но она всё же дотянула до меня руки. И раз мне положено понести наказание, то так тому и быть: я не позволю, чтобы Ибрагима считали моим убийцей!

- Хорошо, я поеду с вами и сознаюсь в убийстве Хасана, - заявила я. – Ибрагим невиновен и не должен сидеть в тюрьме.

Одни из мужчин хмыкнул и сказал:

- Он не в тюрьме. У нас не сажают мужчин за то, что они расправляются с шалавами. Но пока идёт суд, Ибрагим не имеет права покинуть Турцию.

Надо же, как всё сложно!

- Для нашей полиции ты мертва, - заговорил другой мужчина. – Вначале начались выяснения, кто же вылетел из Турции по твоему паспорту, но потом всё свели к компьютерному сбою. В итоге, всё обставили так, будто другая девушка прилетала в Турцию, жила у Ибрагима, убила Хасана, и именно с ней расправился Ибрагим.

- Ну, мужики, вы замутили, - выдохнула я, с трудом разбираясь в этой головоломке.

- Это не мы, а Ибрагим, - заявил один из них. – Так что тебе в Турции ничего не грозит, не волнуйся. Ты вне подозрений у полиции. Ибрагим очень хочет увидеться с тобой, поэтому просил привезти тебя.

Всё, что они говорили, казалось нелепицей. Уж лучше бы Ибрагим сказал так, как есть, и не брал вину на себя. Но сделанного не воротишь. Да и от такого «деликатного приглашения», больше похожего на похищение, тоже не откажешься, так что придётся ехать. Глядя на эти заросшие лица, было ясно, что без меня они отсюда не уедут.