История одного мира. Часть I

– Кевар, прими мои соболезнования, – обратился он, наконец, к лорду, потом вновь повернулся к Змею,– да, дело серьезное. Видимо, твоя хозяйка начала активные действия, а значит, в столице сейчас никому не будет безопасно. Останешься у нас?

– Она мне не хозяйка, – неожиданно злым голосом ответил монах,– а по поводу остаться… Если ты позволишь – я буду счастлив.

– Отчего бы не позволить? Позволю. У меня как раз недавно освободилась должность первого помощника первого помощника первого помощника капитана, устроит?

– Устроит, Кали. Спасибо тебе.

– Потом отблагодаришь, теперь-то мы таки квиты. Так. Теперь ты, молодой человек. Что будешь делать?

– Вернусь в столицу. Я должен найти убийцу моего брата, эту вашу Омбро Кашиту. Теперь можно сказать, что слетал я не зря: хотя бы выяснил, как ее зовут и как она выглядит. Если все сложится удачно, то вместе с полицейскими или военными вернусь на Фрактуру и попытаюсь разведать побольше о храме, Инисио и их плане.

– Хм… Неплохой план. Не думаю, правда, что тебе удастся сделать все так, как ты планируешь, но попробовать таки стоит. А, вот и еда, – в кабинет по коридору между стеллажами трое молодых феньков внесли подносы с кружащей голову своими ароматами пищей: цыпленок с фенхелем, жареная форель с травами, тушеные мидии и какой-то странный сосуд с дымчатым содержимым, вероятно, для Змея – у нас лучшие поставщики продуктов во многих провинциях Королевства, поэтому мы можем позволить себе питаться не суррогатной отравой, а качественной и полезной едой – не хуже, чем в самых дорогих ресторанах столицы. Кстати, Кевар. Я этот вопрос задаю всем приятным мне людям при первом знакомстве. Мне было бы интересно узнать твое мнение о внутренней политике нашего правительства: как тебе последние законы, сложившийся уклад жизни? Проекты твоего отца мы уж обсуждать таки не будем, из уважения, так сказать.

– Политика? Я ей, если честно, не очень интересуюсь, да и мне сложно судить: я все-таки рос в одной из богатейших семей страны, а потом кучу лет провел на войне. Могу только сказать, что король со свитой истощают страну всеми возможными способами – от бесконечной войны и непрекращающихся зачисток планет до непомерно завышенного содержания столицы. И, конечно, политика относительно нечеловеческих рас – это варварство. Но, с другой стороны, разве есть у нас какая-то альтернатива? Это я, к примеру, про революционеров. Можно сколько угодно обвинять действующую власть, но если не предлагать чего-то разумного взамен – то никакого смысла в этом нет.

– Надо же! – капитан Самудри-даку тихо зааплодировал, – такой молодой, а так мудро мыслишь. Молодец, мальчик! Полностью согласен. Я вообще придерживаюсь такого мнения: любая власть суть зло, но и безвластие – таки не меньшее зло. Поэтому вариантов у народа немного, выбирать приходится из, уж извините за грубость, двух сортов говна. Хотя нынче и выбора-то как такового нет, так, одна иллюзия. Вот поэтому-то мы, вольные искатели приключений, и живем вне общества и государства. У нас есть хоть какая-то свобода, хотя бы ее максимально качественная иллюзия. Но нам, мне кажется, живется намного веселее и легче, чем какому-нибудь аристократу в столице и уж, тем более чем крестьянину на дальних рубежах или старателю на астероидных каменоломнях. Так что, мальчик, если ты когда-нибудь решишь сменить поганую жизнь обывателя на что-то более интересное и полезное – то свяжись со старым капитаном Кали. Для тебя мы, пожалуй, сможем найти место на «Ронке». Только таки не пилотом, а то недолго нам останется летать.