Гарем для чайников

— Ну да, конечно, — скривилась она, — кому же еще быть в этом городе порока, как не тебе!

— Ты тоже здесь отлично вписываешься, — заметил я.

От такой фамильярности у нее аж глаза округлись.

— Не забывайся! Я твой преподаватель!

— Где? — хмыкнул я. — В этом городе порока? — и, развернувшись, направился дальше.

— Закончили? — буркнула Алина за спиной. — А теперь в другой конец площади!

Впереди замаячили еще три девушки с крылышками и листовками, и я внезапно узнал двух из них — всего пару дней назад они скакали в одном белье по лагерному особнячку. Сейчас же обе прошествовали мимо, даже не взглянув в мою сторону. Ну и не велика потеря — их имен я все равно не помнил и, кажется, обеих трахал.

Покинув площадь, я свернул к зеленому островку пальм, чтобы срезать путь. “Парк Любви” — сообщили на входе причудливые кованые ворота. Словно оправдывая название, на всех скамейках сидели парочки и целовались, так и норовя перебраться из горизонтального положения в вертикальное. Куда ни глянь, тут тоже носились девчонки, только уже с красными рожками на голове. Бегая между гостями парка, они оставляли смачные поцелуи на щеках всех желающих и тоже вручали листовки — только не голубого, а огненного цвета.

— Хочешь большего, приходи… — игриво подмигивали эти чертовки. — Лучший фестиваль в твоей жизни!

В глубине парка раздавалось бодрое журчание, и вскоре аллея вывела меня к фонтану, около которого толпились и шептались посетители, как у главной достопримечательности. А тут было, на что посмотреть. Бронзовая девушка в коротком платьице стояла на коленях перед пахом бронзового парня со спущенными штанами, и в ее бронзовое лицо били струи из кончающего партнера. Я бы даже не удивился, если вдруг выяснится, что к этому чуду приложила руку Лилит. Головка у парня аж сияла — видимо, ее тут потирают на счастье.

— Забавный фонтанчик, правда? — произнес за спиной женский голос.

Я обернулся. Симпатичная блондинка кокетливо улыбнулась, поправляя рожки на голове. В ее ушах озорно покачивались золотые змейки с изумрудными глазами.

— Поставили к первому “Порнофесту”, - она кивнула на фонтан. — Кстати, я Наташа. А кто ты, я знаю. В последнее время о тебе много говорят…

— Где? — нахмурился я.

— Везде, — она помахала пачкой листовок в воздухе. — Держи! Скоро тут будет жарко…

Подмигнув мне, она убежала раздавать листовки дальше. На огненном глянце, будто его края лизали языки пламени, размещалась реклама “Порнофеста”, с разных углов которой улыбались Лера и Марко. Здесь, как и у конкурентов, обещались “самые крутые звезды”. А еще автограф-сессии со звездами вебкама, продажа эксклюзивных секс-игрушек, нечто под названием “Яблочная феерия”, а также обучающие семинары на тему любви и секса. Не составляло особого труда догадаться, кто проводил все это.

Стоило выйти из парка, как вместо девчонок с рожками вновь атаковали девчонки с крылышками. Город словно поделили на зоны — и ад, и рай пытались отхватить как можно больше зрителей. Можно сказать, война велась за глаза и уши.

Наконец я добрался до огромной башни, в чьих зеркальных окнах отражалось небо, а крыша так и вовсе исчезала где-то среди облаков. “Небесная лестница” — казалось, лучшего названия и не придумать. Швейцар с вышитой золотыми нитями “М” на лацкане торжественно распахнул передо мной дверь, и я очутился в просторном холле. Обстановка здесь просто вопила о роскоши и достатке, выставляя их напоказ вместе с позолотой на стенах, мраморными колоннами и причудливыми парчовыми креслами. Последний раз что-то подобное я видел в отеле “Маммон”. Будто всего этого казалось мало, на огромном плазменном экране крутилась реклама “Небесной лестницы”, демонстрируя шикарные номера.

— Роскошный пентхаус под самой крышей, — вкрадчиво вещал диктор, — панорамные окна, вид на город! Почувствуй себя выше всех…

— Почему занят пентхаус? — вдруг донесся возмущенный вопль с ресепшн неподалеку. — Я заказывала!