Люксембургский сад

Ей сразу вспомнилась безразмерная грудь Митиной мамы Жанны, похожая на два футбольных мяча.

— Серафима Михайловна, — произнес Мишель с леденящими нотками в голосе.

Он впервые начал терять терпение. Не впервые за время общения с Симой, а впервые за последние два года. На самом деле последний раз он был так зол, когда… Ну да ладно, ему не хотелось вспоминать тот день, стоя на пороге клиники эстетической хирургии профессора Вьюмонда. Он проделал слишком долгий путь вперед, чтобы возвращаться в прошлое. Он давно перестал злиться. С тех пор как Сима согласилась поцеловать крокодила, он снова чувствовал себя счастливым, он стоял на пороге больших перемен. Все будет как прежде, нет, в миллион раз лучше.

— Сима, — Мишель серьезно посмотрел ей в глаза.

Его взгляд проник в самую глубину её души, заставив замолчать и по-детски простодушно вытереть мокрое лицо тыльной стороной руки.

— Мы сейчас зайдем, — Мишель сделал паузу, — ты пройдешь в кабинет к хирургу и скажешь, что хочешь увеличить грудь до пятого размера.

Сима всхлипнула, но под строгим взглядом не рискнула прерывать наставления Мишеля.

— Назначишь дату операции, оплатишь её по карте, и мы уйдем. Поняла?

— И все? — спросила Сима. — Операцию делать не придется?

— Нет, — Мишель покачал головой, — если только ты сама не мечтаешь увеличить размер груди.

— Не-а, — Сима энергично замотала головой, — мне нравится моя… — Она осеклась.

Мишель ухмыльнулся. Не улыбнулся доброй открытой улыбкой, как он часто делал, разговаривая с Симой, а именно ухмыльнулся, грубовато, по-пиратски, как будто намекая на что-то. Сима зачарованно застыла, глядя на него, ей показалось, что она героиня фильма «Эммануэль» в плену у отчаянного, но красивого головореза. С фильмом это имело весьма косвенную связь, но количество постельных сцен вдохновляло.

— Сима, — Мишель снова слегка прикоснулся к её рукам, — идем?

Серафима Михайловна вздрогнула, пойманная с поличным на преступных мыслях, и кивнула.

— Иду, договариваюсь, плачу, и мы уходим, — сосредоточенно повторила она.

Она снова услышала глубокий вздох, вырвавшийся из груди Мишеля, на сей раз с облегчением. Бросив быстрый взгляд на её заплаканное лицо, он галантно распахнул перед ней тяжелую парадную дверь.