Видение луны [ЛП]

Саитама сжал кулаки у бедер, костяшки побелели.

С возвращением Акито прибыла душераздирающая правда, которой он боялся с жуткого предательства Илии. Было бы проще обвинить Мацукару, любого чужака, чем эта пощечина по лицу.

— Я, конечно, допрошу капитана Окуро. Готовься действовать, как необходимо.

Его голова гудела, ее сдавили тиски. Окуро Киоджи. Юноша познал схожее отчаяние из-за предательства клана Варуама. Они даже горевали вместе. Он всегда служил клану правдой, не давай Саитаме повода подозревать его или сомневаться в нем. Как он мог подумать пойти против приказов и помочь Ноэ? И кто его поддержал?

— Да, — он встретил холодное безразличие Акито тяжким вздохом. Он обещал Сенмею, что справится с этим. — Мы должны быть уверены. Я хочу сам услышать от него правду, — когда его заместитель кивнул, Саитама продолжил. — А что с Мацукарой?

— Она… — он замолк, поднял ладонь перед грудью. Тишина, потом шаги. Саитама узнал медленную спокойную поступь брата в коридоре.

— Тама, — позвал Сенмей за шоджи. — Ты там?

— Да, входи.

Сенмей с поклоном плавно прошел в комнату, прижимая к себе перевязанную руку. Акито не стал его приветствовать. Может, так было лучше. Ярость в его взгляде могла разрезать человека.

Ему нужно было разобраться в напряжении между Сенмеем и Акито.

— Вице-командир, когда ты вернулся? — в его глазах загорелась надежда, он опустился на колени между ними. — Полагаю, есть новости?

— Мы еще расследуем дело, — сказал Акито.

— Как жаль, — его брат похлопал по своей руке и вздохнул. — Я был уверен, что кто-то с твоим навыком уже раскрыл бы тайну.

— Прошел всего день, Сенмей. И не только тебя ранили в этой ситуации.

Сенмей потер подбородок.

— Точно. Запутанное дело. Меня интересуют обвинения капитана Окуро в сторону лейтенанта Мацукары. Капитан Хакури заявил, что она была всю ночь с ним. Верно, Тама?

Сердце сжалось с болью. Его брату было приятно напоминать ему об этом?

Акито ответил за него:

— Он был пьян, его показания не считаются.

— Как жаль. Но это понятно. Показания капитана Хакури о его отношениях с женщинами всегда хоть немного преувеличены, — он вздохнул. — Но я буду опечален, если она виновна. Она могла бы стать хорошим союзником, если бы с ней хорошо обращались.