Лялька. Закон бандита

– Я сегодня впервые избил Слона до полусмерти…

Из-за холодного и отрешенного тона Руса у меня мурашки побежали по коже. Он произнес это так, будто… не верил сам себе и сильно сожалел об импульсивном поступке. Боже, я ведь не собиралась говорить правду, хотела сгладить между ними острые углы, но все полетело к чертям.

– Я раньше думал, что никогда не подниму руку на Саню. Даже если потеряю самообладание, то ударю стену или кого-то другого, но не его. Ведь это у него проблемы с контролем, не у меня. Они с Максом могут бить друг друга до потери сознания, и это нормально для них, об этом знают все в доме, никто не полезет разнимать их. Даже зная, что Саня толкнул тебя не специально, я все равно не сдержал в себе злость и избил его. Все, о чем я мог думать в тот момент – ты, Ева. Может, если бы я не увидел лужу крови на полу, то сдержался бы. Но, я уже ни в чем не уверен.

Бэха был холоден, пока рассказывал, чуть отстранился от меня, словно хотел снова держаться на расстоянии. Он закрылся в себе, предпочел справиться с проблемой в одиночестве. Я в некотором роде чувствовала себя виноватой, на глаза навернулись жгучие слезы. Хоть и была жертвой в сложившейся ситуации, но вина продолжала грызть меня изнутри. Слон, как я поняла, преданный товарищ для Бехтеровых, а из-за меня может пошатнуться их крепкая дружба с Бэхой.

– Рус…

Он отвернулся, но я не могла так просто сдаться. Не сейчас, когда поняла, как много для меня значит Руслан. Я… люблю его и не хочу потерять из-за глупости.

Потянулась всем телом к мужчине, игнорируя вспыхнувшую боль в боку. Пусть кричит, ругается – все, что угодно, но только не отстраняется от меня. Я уже чувствую, как он постепенно возводит между нами плотную стену. Прикоснулась холодными пальцами к щеке Руслана, но он не отреагировал на ласку, уперся, как баран.

– Ева, черт возьми! – гаркнул, когда я попыталась залезть на него и усесться сверху. – Хочешь, чтобы у тебя швы разошлись? Лежи спокойно.

По крайней мере, теперь Руслан был полностью сосредоточен на мне, уложил обратно на подушку, навис сверху, чтобы не двигалась. Я снова прикоснулась к его щеке и улыбнулась. Поймала затравленный взгляд и сразу утонула в нежности омутов. Все его эмоции можно было легко прочесть на лице, Руслан отчаянно переживал за меня и боялся потерять.

– Я не злюсь на Слона, – прохрипела и прочистила горло, – сама виновата, что полезла в драку, не стоило этого делать. Если ты боишься, что он разозлится на тебя из-за избиения, то я могу извиниться перед ним и объяснить…

– Даже не вздумай! – перебив меня, потребовал Рус. – Хоть мы и друзья, но всему есть предел. Они с Максом должны были подумать, прежде чем затевать драку в доме, да еще и перед тобой. Слон не защищался, пока я бил его, значит, он осознал свою вину. Здесь я главарь, а ты – моя женщина. Ты – в приоритете, и никто, ни одна шавка не имеет права трогать тебя, даже Слон. Если бы тебя толкнул Макс, не сомневайся, я поступил бы так же. Я бы нахрен наказал всех в доме, чтобы знали свое место.

Я застыла в немом шоке, до меня медленно доходили слова Руслана и оседали глубоко внутри, согревая теплом. Окутывая в прочный кокон надежности. Мысленно я благодарила Слона за то, что он пришел в дурном настроении и затеял драку. Не важно, что я пострадала, плевать на боль и дискомфорт. Я лелеяла каждую минуту, проведенную наедине с Бэхой, наслаждалась сказанными словами, и млела от новых ощущений, что взорвались в груди фейерверком. Я была счастлива, как никогда в жизни, не желая терять драгоценный миг. Хотелось забыть про отчима и проблемы, связанные с ним, просто лежать вот так и нежиться в объятиях любимого человека. Пусть он и не говорил мне о своих чувствах, но каждый поступок так и кричал: «Она – моя! Тронешь – убью!»