Мобилизованное Средневековье. Том 1. Медиевализм и национальная идеология в Центрально-Восточной Европе и на Балканах
- Автор: История Коллектив авторов --, Алимов Д. Е.
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Санкт-Петербургский государственный университет
- ISBN: 978-5-288-06139-4, 978-5-288-06138-7
- Жанр: История
Электронная книга - «Мобилизованное Средневековье. Том 1. Медиевализм и национальная идеология в Центрально-Восточной Европе и на Балканах». Краткое содержание книги:
Издание адресовано специалистам, но будет полезно как студентам, так и всем интересующимся историей.
Иллюстрации доступны только в бумажном варианте книги.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Совсем иная картина наблюдалась у тех южнославянских авторов XVII–XVIII вв., которые использовали иллирский миф для формирования хорватского, сербского и болгарского исторических нарративов. Хотя иллирская концепция истории в первую очередь в наиболее полной ее версии, разработанной Орбини, оказала большое влияние на исторические представления творцов этих нарративов, исторические образы иллиризма не только приобрели в рамках этих нарративов существенное иное значение, но и подчас подвергались существенной модификации под воздействием исторических традиций, не связанных с ренессансной культурой Далмации и Дубровника.
Первым автором, обозначившим возможность использования исторической концепции иллиризма для описания истории Хорватско-Славонского королевства, входившего в состав «земель короны св. Стефана» композитарной монархии Габсбургов, можно считать францисканца Франьо Главинича. Во вводной части своей книги «Цветок святых» («Czvit szvetih»), написанной им на хорватском языке (вероятно, в период пребывания в монастыре св. Леонарда под Самобором в Хорватско-Славонском королевстве) и опубликованной в Венеции в 1628 г., Главинич, описывая историческое пространство Иллирика, фактически отождествил его с землями Хорватско-Славонского королевства. З. Блажевич указывает на два источника подобного узкого понимания Иллирика: францисканский, фактически отождествлявший Иллирик с территорией францисканской провинции Bosna Croatia, и политический, заключавшийся в содержавшейся в тексте Главинича апелляции к власти над Иллириком хорватских аристократов Вука Крсто Франкопана (в качестве генерального капитана Далмации) и его брата Николы Франкопана (в качестве хорватского бана). Правление представителей хорватского аристократического рода Франкопанов на пространстве от Адриатики до Дравы служило для Главинича манифестацией политического единства Иллирика, тождественного в данном случае Хорватско-Славонскому королевству[309].
При этом древняя история понимаемого таким образом Иллирика, которую Главинич также излагает во вводной части книги, описывается автором главным образом в соответствии с исторической концепцией Орбини. По крайней мере, вслед за дубровницким историком он также выводит славян из Скандинавии. Однако притом что понятие «славянский народ» («narod Szlovinski») в труде Главинича использовалось в характерном для иллиризма широком смысле, само название «славяне» («Slovinczi») Главинич производил от реки Сава в Хорватско-Славонском королевстве, считая, что первоначально славяне («словинцы») именовались «савинцами» («Szavinczi»)[310]. Впервые такая этимология названия «славяне» приводится в труде Пьетро Ранцано (ок. 1420/1428–1492), сицилийского гуманиста, долгое время проведшего в Венгерском королевстве. В его «Извлечении из дел венгерских» («Epitome rerum Hungaricarum»), в части, где описывалась Славония, высказывалась мысль о распространении названия «славяне» отсюда на соседние земли[311].
Отождествляя славян со славонцами, Ранцано основывался на известном ему самоназвании жителей Славонского королевства[312], которые именовали себя славянами (местная форма этнонима «славяне» в XVI–XVII вв. — Slovenci)[313]. Таким образом, в труде Главинича происходит любопытное соединение двух исторических традиций — ренессансной иллирской и местной хорватскославонской, вследствие чего понятие «славяне» приобретает некоторую двойственность: славяне — это одновременно и жители огромной славянской страны, протянувшейся от Адриатики до Балтики и Ледовитого океана, и конститутивный народ Хорватско-Славонского королевства. Таким же двойственным становится вследствие этого и изложение древней истории славян: так, приводя текст грамоты Александра Македонского славянам, которую Главинич впервые перевел на хорватский язык, францисканский автор говорит, что она была дана хорватскому народу, очевидно, используя здесь понятия «хорваты» и «славяне» как синонимы.
309
Blažević Z. Ilirizam prije ilirizma. S. 194–204.
310
Blažević Z. Ilirizam prije ilirizma. S. 200.
311
Blažević Z. Ilirizam prije ilirizma. S. 200.
312
Как известно, название «славяне», то есть «словене», издревле являлось самоназванием славяноязычного населения Карпатской котловины, включая земли будущего королевства Славонии. В историографии высказывается мнение о том, что именно Подунавье и прилегавшие к нему районы были первичной зоной распространения славянской идентичности, в то время как за пределами этой территории название «словене» распространилось позднее, главным образом в результате рецепции кирилло-мефодиевской традиции и связанной с ней «языковой» версии славянской идентичности. См.: Homza M. A few words about the identity of the Slavs, yesterday, today, and tomorrow // Studia Slavica et Balcanica Petropolitana. 2018. No. 1 (23). Р. 3–41.
313
Ranzano P. Epitome rerum Hungaricarum velut per indices descripta. Budae, 1746. P. 40.