Я, сорняк и особняк

— Хорошо, — заметила я, чувствуя себя самой молодой и резвой.

— Если вас не затруднит, юная мадемуазель, — послышалось вслед. Я остановилась возле двери.

— Погодите, а где столовая? — спросила я, вспоминая комнаты. — Это та, в которой живет огромный паук? Там был стол и много стульев!

— О, нет, это комната для игры в преферанс и плетения заговоров, — заметил дворецкий, что-то отмеряя в колбе.

— Тогда … комната с этим… как его! — пыталась подобрать подходящее описания монстру, бегающему по потолку и высовывающему длинный язык.

— Нет, с Какего — это комната для отдыха! — покачал головой дворецкий.

Память подбрасывала мне комнаты со столами и стульями.

— Поняла! Это комната с … кровью, капающей с потолка! — обрадовалась я своей догадливости.

— Ну что вы, юная мадемуазель, — с укором произнес Макс. — Стыдно не знать дом, в котором вы хозяйка! Столовая прямо по коридору. Неподалеку от комнаты Адама. На втором этаже.

Я направилась в столовую. Пока я поднималась по лестнице, меня обожгло воспоминание о страшной змее. Понимаю, что подслушивать нельзя, но мне тревожно! На цыпочках я подкралась к комнате Адама. И услышала голоса.

— Адам, я умоляю тебя! Сделай хоть что-нибудь! Он убьет меня! — слышался жалобный голос феи. — Как только проклятие будет снято, твой отец прикончит меня!

— Значит. Нужно сделать так, чтобы проклятие не снялось! — заметил Адам. Я затаила дыхание, боясь что меня заметят.

— Но мы не знаем, что снимает проклятие! — дрожащим голосом взмолилась фея. — Мы не знаем, как оно снимается! Как мы можем помешать? Но оно снимается! Я сама это чувствую! Раньше я не могла столько времени находиться в человеческом обличии. Да и ты не имел права выходить из зеркала. Разве что на час!

— Может, она в меня влюбилась? — спросил Адам. — И поэтому проклятие снимается?

Его голос звучал неуверенно.

— А может, ты в нее влюбился? — послышался ревнивый голос феи. — Просто большинство проклятий снимается взаимной любовью!

— Что? Я? Да никогда! — возмутился Адам.

— А почему ты проводишь с ней столько времени? — спросила фея все тем же ревнивым голосом. — Ты каждый день уделяешь ей минут десять! А еще бежал за ней! Я до сих пор тебя не простила!

Повисла пауза. Я на всякий случай осмотрелась по сторонам.

— Это раньше мы мечтали снять проклятие! А сейчас… — в голосе феи слышалось сожаление. — Мы столько лет мечтали о том, что кто-то снимет проклятие с нас и с дома! И что теперь! Теперь ты меня совсем разлюбил! И уделяешь время Маргарите! Фу! Ее даже зовут цветочным именем. Прямо как фею! Но до феи ей далеко!

— Здесь было столько девушек. Но ни одна не смогла! А эта почему-то умудрилась! Видимо, она знает что-то, чего не знаем мы! И я хочу выведать это! — гордо заметил Адам. — Поэтому я бегаю за ней! Но люблю только тебя!

Где-то я уже слышала это. Да! Точно! На балу! Точнее, после бала.

— Значит, нужно действовать самим! — решительно произнесла Роза. — Я подумаю, что можно сделать, пока старый змей не обрел полную силу! Ох, как же я испугалась!