Больше лает, чем кусает
- Автор: Беккет Сэмюел Баркли
- Год: 1999
- Язык: русский
- ISBN: Ника-Центр
- Переводчик: Александр Н. Панасьев
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Больше лает, чем кусает». Краткое содержание книги:
Больше лает, чем кусает — один из ранних романов писателя — представляет собой ряд новелл, в центре которых жизненные перипетии Белаквы Шуа. Персонажи романа — своеобразный паноптикум невероятных в своей нелепости личностей. Беккет как бы препарирует героев, выставляя напоказ непривлекательные, гадкие, но порой забавные стороны их души, делая это с симпатией и ироничной нежностью. Роман пронизан каким-то особым, мрачным юмором. В нем смешные, доведенные до абсурда ситуации, как правило, заканчиваются трагедией...
Беккет был человеком невероятно эрудированным, поэтому его романы полны всяческими аллюзиями, намеками, отсылками на тексты, о которых читатель может даже не иметь представления.
— Я заезжала к тебе, а мне сказали, что ты куда-то ушел...
Белаква поглаживал морду коня, бродя рукой по мягким челюстям. Бедное животное, его гнали так, что оно теперь все в мыле. Оно глядело на Белакву глазом с очень белым белком. Да, оно будет терпеть эти непрошеные фамильярности со стороны человека — такова уж у него планида: быть в рабстве у людей,— но оно надеялось на то, что прежде чем умрет, все-таки сможет крепко укусить человека.
— Ну вот, тебя не было дома, я не знала, что мне делать, и что ты думаешь, я сделала?
Белаква просто не мог представить себе, что же можно сделать в подобной ситуации, кроме того как попытаться не расстраиваться по такому, прямо скажем, не очень значительному поводу и отправляться по своим делам.
— Нет, я сделала иначе: я взяла бинокль, забралась на крышу дома и, как верная подруга, стала изображать из себя сестрицу Анну[152].
— Залезла на крышу? Не может быть! — воскликнул Белаква. Ему было очень приятно узнать о такой напористости Люси, проявленной в поисках его, Белаквы.
— Очень даже может быть. И в конце концов я тебя высмотрела. Я увидела тебя, одиноко бродящим по Пастбищам Гэллопс.
Ну просто очаровательно? Белаква прижался к ноге Люси, которая все еще сидела на коне.
— Милый,— проворковала Люси.
— Однако,— тихо приговаривал он,— однако это ж надо было додуматься, замечательно...
— А потом я понеслась по дороге, которая ведет к Гэллопс...— Люси задохнулась, восторгаясь своей собственной находчивостью и настойчивостью.— Ну, вот я и здесь, с тобой!
Как она мчалась! Как уверенно она выбирала дорогу! Как умело срезала углы! Почти так же волнующе, как в кино, когда гонятся за уходящим поездом! Белаква поцеловал Люси в колено.
— Браво!
Подумать только — вот перед ним женщина, которой так приспичило его увидеть и с ним пообщаться! Разве можно не умилиться?!
И лицом, и фигурой Люси была обворожительна, и как человек она была почти само совершенство. Вот возьмите для примера хотя бы несколько ее черт: она была черноволоса как гагат[153], ее бледность не менялась ни при каких обстоятельствах; ее довольно коротко постриженные волосы вороньим крылом укрывали ей голову; ее лоб формой напоминал веерообразное окно над дверью, спроектированное блестящим архитектором. Но было бы пустой тратой времени перечислять все части ее тела и описывать их. Достаточно будет сказать, что эта молодая женщина была без какого-либо изъяна — само совершенство. Однако мы все же просто должны упомянуть о том, что ее тело — которому, увы, как и всякой человеческой плоти, суждено увянуть,— что ее нижние конечности, от того места, где они начинались и до самых кончиков пальцев, где они заканчивались, были столь безупречны, что даже человеческие тела, изображенные Синьорелли[154], кое в чем ей бы уступили. И добавим еще, что все очарование ее ног и бедер можно было оценить по достоинству, даже несмотря на ее бриджи для верховой езды. Что еще можно было бы сказать о женских ножках, включая бедра? А может быть, это все просто нелепо и смехотворно?
А Белаква меж тем, после того как улеглись первые восторги, вызванные ее неожиданным появлением и рассказом о том, как она его высмотрела издалека, стал задаваться вопросом, пока не произнося его вслух: а какого, собственно, черта ей от него нужно? Но судя по всему, ей ничего конкретного не было нужно, и на его осторожный вопрос она ответила, что ей просто хотелось побыть рядом с ним. Что, несомненно, не соответствовало истине — ей хотелось кой-чего, совершенно конкретного. Однако мы умолчим, чего именно.
— Послушай, моя дорогая Люси,— собравшись с духом произнес Белаква,— я знаю, что ты... что ты не будешь против, если сегодняшний вечер я проведу...— Белаква запнулся, подыскивая нужные слова, которые под внешней ласковостью скрывали бы жесткие факты: — ...проведу со своей Funklein[155].
Люси, судя по выражению ее лица, была явно огорчена и раздосадована этими словами Белаквы. Он, как ящерица, все время от нее убегает! Похоже, избегать ее уже вошло у него в привычку. Если он в ближайшее же время не изменит своего поведения, то какой ей от него прок?
152
Сестрица Анна — в переносном значении: верная, преданная подруга; сестра Анна — персонаж из сказки французского писателя XVIII века Шарля Перро "Синяя Борода"; Анна поджидала на башне братьев, чтобы спасти сестру, жену Синей Бороды.
153
Гагат — черный янтарь.
154
Лука Синьорелли (1441 — 1523) — итальянский художник эпохи Возрождения; особо известен тем, что один из первых стал вводить обнаженные человеческие фигуры в картины и фрески, им создаваемые, причем фигуры отвечали античным и в значительной степени нынешним канонам красоты человеческого тела.
155
Искорка (нем.).