Защити меня
- Автор: Николаева Юлия Николаевна
- Серия: Времена боли #4
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Защити меня». Краткое содержание книги:
— Взамен… Взамен я предлагаю себя.
Андрей вздернул брови, откидываясь на спинку стула.
— Себя? — усмехнулся. — Я вроде говорил, проблем с женщинами у меня нет. Или ты чем-то уникальна?
— Денег у меня нет, — сказала я тихо, — и пойти больше не к кому.
— Деньги меня тоже не интересуют.
Я кивнула, воцарилась тишина.
— Извини, что побеспокоила, — я встала, не поднимая глаз, — я пойду.
Уже развернулась и сделала пару шагов на выход, когда услышала его слова:
— Постой. Я согласен. Но кроме твоего тела, будет еще одно условие. Я хочу знать, что случилось пять лет назад.
Я застыла на вдохе, прикрывая глаза. Откуда, откуда он мог узнать об этом?
Ему ведь хватит ума прийти к Давиду, чтобы узнать что-то обо мне. Да тот сам не в курсе… А если ляпнет про то, что я рылась в смерти девчонки? Ой нет, только не это. Хотя не в интересах Давида выносить информацию на обозрение. Пока Мирон не знает ничего, ему и двигаться некуда. А так еще сунется тоже в убийство Кристины… Надеюсь, Давид это понимает.
Мысли о Мироне заставили меня весь день провести в тревоге. Твердила себе, что ничего не случится, а все равно места не находила. Сложно сказать, в срок ли венулся Мирон после выписки, или сбежал попросту? Хотелось бы чтобы первое, но сей факт вызывал большие сомнения.
Глава 20
В общем, возвращения Андрея я ждала с нетерпением, и как оказалось, он принес много новостей. Мы сели ужинать, первым делом я спросила, как Мирон. Андрей бросил взгляд, от которого я вдруг стушевалась.
— Нормально он, — заметил все же, — шатался бесцельно по городу полдня, остальное время сидел в квартире. Ребята Давида пока к нему не суются, видимо, выжидают, вдруг он выведет их к тебе.
Я кивнула. Ну что ж, не так уж и плохо.
— Что ты знаешь об этом парне, Даш?
Вопрос Андрея удивил, даже рассмешил. Что я знаю, он это серьезно?
— Я все знаю, — ответила ему, — мы выросли вместе.
— Он поступил в детский дом в пять лет.
— И что? Хорошо, мы росли вместе с этого возраста, так легче? Двадцать с лишним лет — немалый срок. К чему эти вопросы, Андрей?
Он немного подумал.
— Твой друг после выхода из детского дома не ездил к родным?
— Нет. Для него это было слишком тяжело. Да и какие родные? Мать алкоголичка, отчим, который его бил? Лучше никакие, чем такие.
— Ты так говоришь, потому что не знаешь, что такое родители.
Отчего-то внутри стало больно, в носу защипало, я тяжело выдохнула, глядя в тарелку.
— Я в этом не виновата, — отрезала, не поднимая глаз.
— Я тебя и не виню. Просто говорю, как есть. Странно, что он не поехал к ним. Тем более жили они неподалеку, в районе.
— Ты и это узнал? — хмыкнула я, откладывая вилку. — А зачем? Тебе чем-то не нравится Мирон?
— Я просто привык знать, с кем имею дело. Этот человек, как ты сама сказала, занимает важное место в твоей жизни, а потому информация лишней не будет.
Я немного помолчала, глядя, как он ест, потом взялась за свою вилку.
— И что его родители? — спросила все же.
— Отчим погиб восемь лет назад, сбила машина. Мать спилась, умерла от цирроза через полтора года после мужа. А генетический отец Кирсанова, кстати, умер от той же болезни, которая у него сейчас. Только он не лечился, да и за собой не сильно следил, вот и…
Странно было слушать это. А еще действительно было немного странно, что Мирон не узнал о них ничего. Мог ведь помочь матери, закодировать, лечить, как это делается… Поставил бы на ноги. Но если бы он проявил интерес к семье, точно бы рассказал. Выходит, не было интереса. А может, это неудивительно, ему ведь было всего пять лет, когда он попал в детский дом. Большая часть его жизни прошла там, а воспоминания о родителях просто затерлись в детской памяти.
— Неужели у него совсем не было женщин? — Андрей смотрел внимательно, я усмехнулась, качая головой.
— Я же рассказывала…
— Ну болен и болен, болезнь прогрессировала медленно, не мог он жить пуританином.
— Какие-то девушки были, — пожала я плечами, — но я их никогда не видела, серьезные отношения он не заводил.
— А у тебя было сколько мужчин?
Я закашлялась от неожиданности. Иногда бесцеремонность Андрея заставала врасплох.
— Ты же искал информацию, — съязвила в ответ.
— Из серьезных отношений известно только о Салагиадзе. Но ведь были еще мужчины?
— Тебе это зачем? — не удержалась я.
— Просто интересно.
Я вздохнула, помолчала.
— После Луки мне даже не могла в голову мысль прийти, что я… Что могу еще с кем-то сойтись. Поначалу была депрессия, затворничество, потом я просто сторонилась мужчин. Да и они меня. Не очень-то мой внешний вид располагал к знакомству… Пару раз я срывалась: напивалась в клубе или баре, оказывалась в чьей-то постели. Я не помню, с кем. Все это было пустое, фарс. Внутри что-то сломалось, а назад уже не починить… — Я подумала, что прозвучало слишком по-дурацки, потому быстро добавила: — Извини.
Андрей молчал, думал о чем-то, ел, периодически кидая на меня взгляды. Когда с ужином было покончено, мы выпили чай и переместились в комнату на диван. Оказалось, что есть новости по нашему делу.