Ты любила мою тьму

Замечаю пистолет, лежащий на стуле справа от меня, и дважды моргаю, проясняя глаза от слез.

«Месть!» — проносится в моей голове.

Я понимаю, что должна сделать, поэтому, даже не раздумывая, встаю и бегу. Вокруг я едва улавливаю какие-то крики и приказы, но это не волнует меня, потому что моя цель — добраться до пистолета. Я уже почти там. Когда проскальзываю к стулу, падаю на цемент, чувствую, как рвутся джинсы и сдирается кожа.

Быстро хватаю пистолет и разворачиваю верхнюю половину своего тела в сторону охранников. Как только я поднимаю взгляд, мои глаза находят Мика, который держит в руках хлыст. Увидев его, я издаю гортанный крик, который даже не узнаю: он вырывается из моего горла, и я понимаю, что он принадлежит мне, по своим трясущимся рукам и трепещущей груди. Это — что-то ужасное, скрывающееся внутри меня. Это — сумасшествие. Я стояла на краю скалы, и меня только что столкнули, а вся ярость, которая копилась во мне с моего первого дня пребывания в аду, жаждет мести и пролитой крови.

Выстрел.

Я нажимаю на курок, когда Мик бросает плеть и направляется в мою сторону, после чего наблюдаю за тем, как силой выстрела его отталкивает назад, и он падает на землю. Мощность этого пистолета удивляет меня, когда моя руку откидывает назад.

Смутно слышу, как на заднем плане Джейк кричит, чтобы в меня не стреляли, но я не могу быть в этом уверена: в моих ушах слишком много шума и криков, убеждающих меня отомстить за сестру и убить этих монстров.

Целюсь во второго охранника и, не раздумывая, стреляю. В этот раз я готова к отдаче и мне быстрее удается нацелиться на следующего охранника. А затем на еще одного. Чувствую, как боль пронзает одно из моих бедер, но для меня имеет значение только одно: убить их. Убить. Их. Всех.