Фантастический Калейдоскоп: Ктулху фхтагн! Том II

Тот обречённо вздохнул, повернулся, демонстрируя недовольство на лице.

– Окей. Только недолго. Мне ещё уроки на завтра делать.

Ольга вошла в комнату вслед за подопечным, осмотрелась.

Тёмно-вишнёвые обои показались ей странноватым выбором для стен в детской. Большую часть помещения занимала кровать: аккуратно застеленная пледом – чёрным, в каких-то непонятных знаках. Большая папка для черчения контрастно выделялась на ней белым пятном. Напротив – книжный шкаф, где ровными рядами теснились учебники, фантастические романы, энциклопедии. К торцу каждой полки крепился ярлычок с подписью, прямо как в библиотеке. На столике у окна темнел прямоугольник ноутбука, рядом ровной стопкой высились тетрадки и книги.

Ни постеров с кумирами, ни фигурок или приставки, ни разбросанной везде одежды. Ничего из того, что можно было ожидать от обычного школьника. Всё идеально на своих местах. Нетипичная для подростка аккуратность сразу насторожила Ольгу: что-то с этой семьей определённо не то.

Она присела на край кровати. Папка соскользнула с пледа и упала на палас, рассыпавшись кипой листков. Ольга спешно подхватила их, попыталась собрать, но помедлила, рассматривая. Почти все страницы – с рисунками, странными и жуткими. Конечно, в молодёжной культуре было много непривычного, но это…

Зловещие потусторонние пейзажи, мрачные города, населённые явно нечеловеческими жителями – такого не увидишь даже в фильме ужасов. Ольге стало неуютно. Как будто нарисованные монстры наблюдали за ней с бумажных листов.

– Ты это сам нарисовал? – осторожно спросила она.

Работая с подростками, Ольга привыкла, что те ревностно относятся к своим вещам, не любят, когда вторгаются в личное. Но Слава не спешил отбирать у неё рисунки. Внимательно смотрел, словно оценивал её реакцию, так же, как она – его.

– Да, – подтвердил он.

– Очень необычно, – Ольга вымучила улыбку. – И красиво.

– Вы так считаете? – казалось, он даже не моргал. – Что скажете про это?

Он вытянул лист из середины пачки и положил его сверху. Чёрные отрывистые штрихи покрывали всё пространство от края до края, складываясь в гротескную фигуру. У существа было множество глаз на искажённом лице и бугристое аморфное тело, выпускающее отростки-щупальца. Но Ольга догадалась, что это женщина. Тремя изломанными руками она прижимала к обвисшей груди столь же уродливого младенца – всего в нарывах, с перекошенной в крике вертикальной щелью вместо рта и шестью глазами по бокам от него.

– Я думаю, – Ольга замешкалась, подбирая слова. – Думаю, она очень любит своё дитя.

Слабая улыбка буквально на мгновение тронула губы подростка, и тут же его эмоции снова скрыла маска настороженной непроницаемости.

– У вас есть ребенок? – спросил он вдруг.

Ольга непроизвольно потянула руку к кулону на шее.

– Был когда-то, – она снова опустила взгляд на картину.

Затем спохватилась и вернула папку на место.

– Я хотела бы поговорить о случае в школе.

Славик откинулся на стуле, отвернулся, скрыв скучающий взгляд под ресницами. Обсуждение школы его явно не интересовало.