Избранные произведения. II том
- Автор: Кирнан Кэтлин Р., Берлсон Дональд
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Интернет-издание (компиляция)
- Переводчик: Василий Николаевич Дорогокупля
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Избранные произведения. II том». Краткое содержание книги:
Данное издание представляет собой сборник разных авторов, составленный С. Т. Джоши, виднейшим авторитетом по творчеству Лавкрафта. В нём представлены произведения таких мастеров «литературы тревожного присутствия», как Рэмси Кэмпбелл, Кейтлин Р. Кирнан, Майкл Ши, Майкл Маршалл Смит и др.
Першинг узнал голос из отверстия.
— Ты ненастоящий. Почему ты притворяешься Бобби Силвером?
— Если я сниму это, ты перестанешь меня воспринимать. Снять?
Слай ухмыльнулся, схватил себя за щеку и потянул. С хлюпаньем плоть растянулась, словно ириска. Слай подмигнул, отпустил пальцы, и кожа вернулась на место.
— Самое важное внутри. Узнаешь, когда мы придем за тобой.
— Я не хочу ничего знать, — сказал Першинг. Ему хотелось с криком броситься наутек, но это был сон, и, не в силах сдвинуться с места, он мог только возмущенно бормотать.
— Нет, Перси, хочешь, — промолвила Этель сзади. — Мы тебя любим.
Он резко обернулся, и Этель улыбнулась ему мягкой, нежной улыбкой, которую он помнил так хорошо и которая являлась ему во снах. Затем она положила ладони ему на глаза и толкнула его во тьму.
Он прожил у Ванды неделю, словно преступник, нашедший приют в церкви. К несчастью, это позволило ей вообразить невесть что (хотя он и сам толком не знал, что она должна вообразить), но ему любой ценой требовалась передышка от жаркого, внушающего ужас ада, в который превратилась его квартира. До этого времени он ночевал у Ванды меньше дюжины раз. Впрочем, она никак не прокомментировала его переселение.
Двадцать шестой день рождения Джимми выпал на воскресенье. После утренней службы в лютеранской церкви Ванды, красивого кирпичного здания в пяти минутах от отеля «Палаш», Першинг уединился на тихой автостоянке для персонала и позвонил ему.
Джимми хотел стать архитектором с первого класса. В конце концов он стал строителем, что представлялось Першингу родственной специальностью, впрочем, его мучило подозрение, что Джимми так не думает. Сейчас сын жил в Калифорнии и сезонно перемещался по западному побережью вслед за работой. Першинг поздравил его и сказал, что открытка в пути. Он надеялся, сын не заметит вчерашнего штампа на марке, — он вспомнил о дне рождения только вчера и заскочил на почту перед самым закрытием.
В обычном состоянии он таких вещей не забывал: открытки, телефонные звонки, редкие визиты Лизы-Анны в те времена, когда она училась в Беркли. Ее отчим, Бартон Инглз-третий, был спонсором ее колледжа, и это неизменно злило Першинга, чей доход позволял лишь изредка навещать дочь и присылать ей время от времени небольшой чек. Окончив университет, Лиза-Анна работала в агентстве по временному найму в Сан-Франциско, и ее скромная по тамошним меркам зарплата, к стыду Першинга, превышала его пенсию.
К концу разговора, после поздравлений и непременных расспросов о превосходной калифорнийской погоде и работе, Джимми сказал:
— Пап, мне неприятно начинать этот разговор, но…
— Ну, ну, чего ты хочешь? Только не говори, что денег.
Джимми неуверенно хмыкнул:
— Нет, я бы скорее попросил у Барта. Он тот еще скряга, но ради матери в лепешку расшибется. Нет… даже не знаю, как сказать. Ты, случаем, не начал пить? Или курить траву? Не хочу тебя обидеть, но я должен спросить.
— Ты шутишь?
Последовала долгая, очень долгая пауза.
— Ладно, придется сказать… Пап, ты звонил мне в четверг около двух часов ночи. Ты пытался изменить голос…
— Что-что? — Першинг не верил своим ушам. — Я в жизни не занимался подобной ерундой, Джеймс. — Он задохнулся и покрылся потом, но вовсе не от жары.
— Пап, успокойся, у тебя участилось дыхание. Я не шучу, я решил, что ты перебрал и нажал на первый попавшийся номер из памяти телефона. Это было бы даже смешно, если бы не было так жутко. Можешь не верить, но ты пел в трубку.
— Но это был не я! Я всю неделю прожил у Ванды. Уж она-то заметила бы, если бы я надрался и принялся названивать семье. Сейчас позвоню ей…
— А что, если кто-то удаленно управляет твоим планшетом? Мы живем в двадцать первом веке, пап. Звездочка, шестьдесят девять. Это ведь твой номер?
— Ox, — вздохнул Першинг. Кровь прилила к животу, и ему пришлось заслонить глаза рукой — от сияния мостовой закружилась голова. — А что именно пел тот человек?
— «Старичок-старичок», или как там называется эта детская песенка. Хотя ты — или они — добавил к ней пару крепких словечек. Голос срывался в фальцет. Когда я перезвонил и спросил, что происходит, они рассмеялись. Ужасно неприятный смех. Признаюсь, я не поверил, что ты способен издавать такие звуки.
— Это был не я. Пьяный, трезвый — не важно. Можешь быть уверен, я найду мерзавца. Здесь уже случались такие вещи. Ванда видела весьма подозрительную особу.
— Ясно. Тогда, наверное, лучше вызвать полицию?