Электронная книга - «Путеводная звезда. Том III (СИ)». Краткое содержание книги:
Дамьен, судя по взгляду, не знала. А еще, судя по ее читаемым эмоциям, в этот раз она мне не сразу поверила.
— Да я тоже не сразу поверил, — кивнул я. — С чужих слов это говорю, сам не видел. Но говорю со слов тех, кому безоглядно доверяю. Так что, учитывая способности Бергера, я не очень уверен, что, когда начну охоту, он так уж быстро отправиться к вам с Доминикой — это ж реально живучая скотина. Тут или тореадор быка, или бык тореадора, еще неизвестно, — невесело усмехнулся я, вспомнив анекдот про подаваемое в знаменитом испанском ресторане блюдо «бычьи яйца», которые по определенной причине бывают сильно разных размеров.
— ТАТИ, — вдруг произнесла Дамьен.
— ТАТИ?
— Да.
— Тайная Академия Темных искусств в Москве? — еще раз переспросил я.
— Да.
Кивнув, я рывком поднялся — тут же поморщившись от головной боли. Забылся, что мне в общем-то не очень хорошо, будучи увлечен беседой.
— Спасибо. Ты была достойным противником. Стой! — воскликнул вдруг я, видя, что Дамьен с ненавистью смотрит на меня, словно запоминая перед шагом в вечность.
— Что еще? — недовольно ощерилась она.
Ну да, точно собиралась откланяться навсегда из этого мира, намереваясь самостоятельно уйти, а не с моей помощью.
— Видишь меч? — показал я Дамьен на оружие в руке неподалеку стоящего Чумбы. — Этот меч питается энергией душ. Ты можешь сейчас взорвать себе голову, а еще можешь умереть от этого меча. Он, конечно, душу твою поглотит, но кто знает — может это будет твоим первым шагом к реинкарнации?
Дамьен, расширенными глазами, смотрела то на меня, то на меч.
— Ты чудовище, — пришла она к определенным выводам.
— Не спеши клеймить — я знаю о чем говорю. Во мне самом сейчас душа инфернала живет, пробудившаяся. Я его убил для получения слепка знаний, а получилось совсем не так, как рассчитывал. И вот думаю теперь, как от этого пассажира избавиться. Так что кто знает, может меч твою душу сожрет, а после сам об этом пожалеет?
Дамьен по-прежнему молчала, глядя то на меня, то на меч.
— Понимаю, что блудняк, но решай сама, — закончил я. — Давай, Чумба, — посмотрел я на мутанта.
Дамьен на прощание что-то сказала мне на французском. Но голова ее осталась целой, и глаза она просто закрыла. Чумба подошел к ней и дернул за плечо, заставляя перекатиться ничком. И без задержек ударил ей мечом в спину, между лопаток. Мне в этот момент немалого труда стоило сдержаться.
Удержать, если можно так сказать, своего внутреннего демона — живущая во мне часть души инфернала, лорда-повелителя демонического пламени, снова взбунтовалась. На остаточной после предыдущих попыток ярости. Но сущность лорда-повелителя взбунтовалась против его же воли, в заведомо проигрышной ситуации — и в этот раз мне оказалось легко с ним справиться. Тем не менее, глаза у меня полыхнули светом, кисти рук объяло демоническое пламя.
Тело Эмили Дамьен в этот момент усыхало. Меч буквально высасывал из нее энергию, забирал ее жизненную силу. Не только жизненную силу, но и душу — предсмертный крик умирающей бессмертной женщины я услышал также, как слышал до этого голос меча — инфернальный шепот, раздающийся со всех сторон.
Действительно достойный противник. Была. И выбрала она пусть призрачный, но шанс борьбы.
Уважаю, без шуток.
Когда в сознании погас сдавленный вой умирающий Дамьен, я как раз справился и с метальной атакой лорда-повелителя. В этот раз даже без Тьмы. Правда, от усилившейся на несколько мгновений боли у меня даже слезы из глаз полились.
— Как же ты…
Сделав паузу, я решил все же грязно не ругаться.
— Как же вы мне все дороги, гости дорогие… — пробормотал я, сбрасывая напряжение.
В момент направленной ненависти я сейчас, кстати, представлял даже не столько лорда-повелителя, сколько сэра Галлахера. Который уж подложил мне свинью, так подложил. И хорошо, если он сделал это по незнанию. Если же нет, если он знал о последствиях, то все становится очень интересным — особенно учитывая нашу с Самантой связь.
Ладно, все, хватит рефлексий. Пора заниматься насущными делами, которых накопилась целая туча. И одно из дел я буквально кожей чувствовал. Амазонки, которые с гостями уже закончили, сейчас все, кто больше со страхом, кто с надеждой, смотрели на меня.
Да, надо решать, как отсюда быстрее выбираться, как вывозить амазонок и пленников, но прежде есть еще кое-что из накопившихся долгов.
— Девушки. Сейчас я закончу с одним делом, и будем искать дорогу домой, — сообщил я амазонкам.
Отвернувшись от кучки праха, которая осталась лежать в пустой одежде Дамьен, я направился к Илоне. И, кряхтя как старый дед, присел рядом с ней на колени. Привел ее в чувство, дождался пока она полностью очнется и осознает ситуацию.
— Узнала? — мягко спросил я ее.
Узнала, по глазам вижу.
Рот Илоны открылся было, но я приложил ей палец к губам, показывая молчать. И, проверяя свою недавнюю догадку, наклонился над ней. И даже принюхался, как берущая след собака.
Не ошибаюсь. Знакомая аура — знакомая по смерти Варвары Островской, умершей на алтаре храма-зиккурата.
— Ну, привет еще раз, моя хорошая, — произнес я. И, от избытка чувств, даже взял Илону ладонями за лицо и крепко-крепко поцеловал.
— Божечки, как долго я тебя искал, — еще раз поцеловал я Илону, теперь уже в лоб, и потрепал ее по волосам.
Позволив себе несколько секунд эмоционального порыва, взял себя в руки. И освободив Илоне ноги — резким ударом кукри разрезав стягивающие ремни, потащил ее к краю трибуны. И без задержек отправил в полет, с парапета на арену. Туда, где тел было поменьше.
Владелица арт-галереи и творческой мастерской приземлилась на песок с глухим звуком. Руки и нее были связаны, так что упала она больно, плашмя. От удара у нее из груди выбило весь воздух — и прокатившись пару метров по инерции, Илона скрючилась, безуспешно пытаясь вдохнуть.
Спрыгнув следом, я подошел ближе и снова присел рядом. Схватив ее за волосы, приподнимая голову, коротким ударом в нос достал у Илоны немного крови. Она при этом вскрикнула — больше от неожиданности, чем от боли. Не обращая внимания, я заставил ее нагнуть голову, и накапал на песок небольшую лужицу. Закончив, откинул Илону в сторону и двинулся к раненому трехголовому церберу.
Аккуратно доставая пса из-под кучи тел, готовился в любой момент избегать клацающих челюстей. Но пес, хотя и ярился, захлебываясь рычанием, укусить меня не пытался. Подтащив его к кровавой лужице, потыкал его мордой средней, главной головы, в лужу крови. И после этого ударом кукри выбил изо лба у паса контролирующий камень. А потом отошел в сторону.
Илона, которая понимала, но не верила в происходящее, замерла. Она в ужасе смотрела на трехголового цербера — одна из голов которого безжизненно болталась, но вот две целые повернулись в сторону бывшей владелицы.
Глаза пса вспыхнули живым огнем, цербер зарычал и медленно — задние лапы у него были перебиты, пополз к бывшей хозяйке. Илона, понимая, что дело дрянь, уже пыталась отползти в сторону, загребая ногами.
В этот самый момент сверху раздался шелест крыльев.
«…!» — выругался я, думая о том, что потерял кучу времени и вообще все пошло по бороде….
Не пошло. Потому что когда посмотрел вверх, увидел на одном из вынырнувших из-под облаков костяных ящеров Валеру. На остальных, а их было не менее десятка, восседали гуркхи Саманты. Вернее, как она любит меня поправлять, уже мои гуркхи.
Валера, заставив своего дракона сложить крылья, камнем упал с неба. Крылья ящера раскрылись у самой земли, так что мне в лицо вместе с поднятым песком упруго ударила воздушная волна. Валера при этом выскочил из седла, и приземлившись даже замер, красуясь. Как гимнаст застывает на пару мгновений после сложного упражнения.
— From Rhodesia with love! — громко сообщил мне Валера. Как будто бы я и так не понял, что без участия Саманты здесь не обошлось.
Валера между тем, бросив поводья костяного ящера, уже подошел ближе. Какой он… свежий, бодрый, жизнерадостный. Аж смотреть противно.