Жар костей не ломит (СИ)
- Автор: Углов Артем
- Язык: русский
- Жанр: Фэнтези
Электронная книга - «Жар костей не ломит (СИ)». Краткое содержание книги:
Я уже готов был плюнуть и пойти домой, как вдруг на крыльце показалась женская фигурка. Решил было, что это припозднившаяся старшеклассница, настолько изящным выглядел её силуэт. Только вот одежда была далека от принятой уставом школьной формы. Высокие черные сапожки, облегающие стройные ноги. Пальто кремового цвета с широким пояском, подчеркивающим тонкую линию талии. Темно-синий платок, прикрывающий грудь от стылого ветра. Завершала образ шляпка, кокетливо сдвинутая набок, едва заметно, чтобы не смотреться нелепо на общем фоне.
Диана Батьковна… Я понимал ревнивца, сидящего в машине и караулящего каждый шаг любимой. Понимал и трудовика, на протяжении нескольких лет пускающего пар из ноздрей и бьющего копытом при появлении молодой девушки. Только куда ему, сиволапому борову, до этакой красоты. И я сейчас не только про внешность. Жизненные интересы трудовика ограничивались весьма скудным мужским набором, включающим в себя пиво, баньку и футбол. В то время как Диана Ильязовна была натурой разносторонней: помимо языков программирования увлекалась скульптурой, живописью и даже сама рисовала.
Я видел несколько картин, выполненных с помощью специализированных компьютерных программ: женщины в полупрозрачных одеждах, напоминающих то ли богинь, то ли ангелов. Мужчины в блестящих доспехах, попирающих ступнями поверженных монстров. Подтянутые, атлетичные, с горящим взором и белыми кучеряшками волос… далеко до идеала лысеющему Аркадию Борисовичу, обладателю пивного брюха в неполные тридцать лет.
Диана скрывала свои увлечения: от коллег, от администрации школы, а по мне так зря — такими работами гордиться надо, а не стыдится.
Девушка несколько секунд постояла на крыльце, а потом быстрым шагом принялась спускаться вниз. Черные сапожки замелькали по залитому светом асфальту.
Кирпичного цвета «Даут» моргнул фарами, но Диана не заметила поданного сигнала. Голова в шляпке склонилась, всматриваясь в непроглядную темень впереди. И только когда водитель нажал на клаксон, девушка вздрогнула и обернулась. Казалось бы, при виде знакомой машины на лице должно было появится облегчение, но все случилось с точностью наоборот — маска страха… растерянности. Молодая учительница замерла, словно раздумывая, бежать ей назад, под защиту школы или вперед, в сгустившуюся темноту.
В итоге она выбрала второе. Не дойдя полсотни метров до булыжной мостовой, свернула налево, на асфальтовую тропинку, петляющую вдоль школы. Вполне комфортную для человека и слишком узкую для автомобиля. Ни одна машина не сможет пробраться сквозь заросший яблонями сад. Что ж, выбор вполне очевидный, только девушка не учла тот факт, что любой сад можно объехать и подкараулить на выходе.
Поэтому водитель не стал торопиться, лишь моргнув фарами вслед беглянки, словно говоря тем самым: «никуда ты от меня не денешься».
До ушей долетел перестук каблучков, звуки сбившегося дыхания. Так уж совпало, что тропинка в сад начиналась ровно от той самой беседки, за которой я и стоял. Делаю шаг вперед, преграждая дорогу девушке.
Беглянка вздрагивает всем телом, до ушей долетает тихое «ой». Глаза наполнены страхом, а рука шарит по поясу в поисках сумочки. Как бы газовым баллончиком от испуга не брызнула.
— Диана Ильязовна, разрешите я вас провожу.
Глава 7 — Никита Синицын aka "Синица"
— Здаров, Никитос! — от Копытина за версту несло парфюмом.
Я столкнулся с ним ранним утром на школьном крыльце. Налетел, едва не сбив с ног, а Серега даже не дернулся — так и стоял, щурясь в хмурое осеннее небо.
— Ты чего такой довольный? — не выдержав, поинтересовался я у приятеля. — Неужели с девчонкой замутил?
— Не-а, — протянул Серега и чуть погодя, добавил, — но скоро.
Точно — День Всех, что б их за ногу, Влюбленных! Именно сегодня станут известны результаты тестов, в следствии чего количество парочек в школе резко возрастет. Будут обжиматься и целоваться на каждом углу, а неудачникам, вроде меня, только и останется, что наблюдать за творящейся вакханалией со стороны.
Смотрю на довольную физиономию Копытина, на горящие счастьем глаза, и в голове вспышкой молнии рождается озарение. Неужели… Нет, не может того быть.
— Серега, ты чего, совсем спятил? Ты Аллочку написал?
— Мы с ней на прошлой неделе по торговому центру гуляли, — глаза Копытина заволокло сладкой дымкой воспоминаний.
— Ой дурак.
— А вчера она ко мне в столовке подсела.
— Ой дурак!
— Чего это дурак? — возмутился Копытин. — Если завидуешь, то завидуй молча. Мы с ней сегодня в ресторан пойдем.
— Ты даже столик заказал?
— В Октябрьском!
— До объявления результатов?
— А чего такого?
— Ой дурак!!!
— Да пошел ты, Синица… Если хочешь знать, она мне тоже знаки внимания оказывала, намеки там всякие делала, перед голосованием.
— Какие намеки? — невольно заинтересовался я.
— Улыбалась.
— И?
— И…и… Да пошел ты! Это чувствовать нужно, а не это твое «ой дурак» — заладил, словно попугай. Я, если хочешь знать, даже спрашивал, есть у нее кто или нет.
— Погоди-погоди, сейчас догадаюсь, что она сказала в ответ, — я нахмурил лоб и сделал вид что сильно задумался. Приложил палец к виску и потер кожу для большей убедительности. — Она ответила, что у нее никого нет!
— Не просто ответила, а хитро так подмигнула… Ну че ты ржешь?
Я закрыл ладонью рот, но приступы безудержного смеха прорывались даже сквозь плотно стиснутые пальцы. И чего, спрашивается, развеселился? Копытин, конечно, тугой в плане отношении, только вот рога ему никто не наставлял. В отличии от некоторых…
Мысли об Ольке моментально подавили подступающую истерию, а физиономия Копытина, секунду назад казавшаяся забавной, вдруг перестала таковой быть. На горизонте замаячила серая и беспросветная тоска.
— Серега, ты не прав.
— Обоснуй.
Легко сказать… обоснуй. Я почесал затылок, пытаясь привести мысли в порядок. Только ничего не было в черепной коробке, лишь беспросветная осенняя пелена.
— Знаешь, какому количеству парней в день Аллочка улыбается?
— Улыбаться можно по-разному, — моментально парировал Копытин.
— И сумки носят, и любовные стишки в карманы пальто подбрасывают, и даже в кино приглашают.
— Кто?
Последний факт зацепил Серегу: брови парня нахмурились, а в глазах появился недовольный блеск.
— Многие приглашали, и я в том числе, до того, как с Олькой встречаться начал. Понимаешь, некоторым девчонкам жизненно необходимо мужское внимание. Они питаются им, словно бабочки нектаром. Порхают по жизни, всем улыбаются и глазки строят.
— Глазки по-разному можно строить, — вновь он заладил свое.
— Прав твой брат, — вырвалось у меня.
Зря… ох и зря Копытина-младшего помянул, потому как старший моментально выдал:
— Сам ты педераст! — и развернувшись, зашагал в сторону входа.
— Серый, да подожди ты… Я другое сказать хотел.
Что деревянный он, что наивный, но разве теперь объяснишь? Копытин стремительной походкой уходил вглубь коридора. Подошвы начищенных до блеска ботинок скрипели по поверхности плитки.
— Серый, ну чё ты как маленький!? Обиделся!?
В ответ лишь звук удаляющихся шагов.
— Да и вали нахрен!
Подумаешь, какие все нервные стали, День Влюбленных у них… Мне может тоже праздника охота, только вот отчего-то паскудно на душе.
Отсидев три положенных урока, я спустился на первый этаж, к ровному строю торговых автоматов. Засунул мелочь в приемник и щелкнув клавишей, не без удовольствия услышал звуки упавшей баночки. Иди ко мне, родимая! Присев на корточки, взял в руки — холодненькая…
Приложил запотевший алюминий ко лбу, и почувствовал, как прохладные капли заскользили по коже. Эх, заморозить бы мысли в этот треклятый день. Превратить в гранитный монолит и не думать о любви, об Ольке, про которую забыл, но стоило только войти в класс и словно черти раздирали.
— Плохо тебе, Синицын, — раздался за спиной знакомый голос.