Командировка в ад
- Автор: Казаков Дмитрий Львович
- Серия: Оружейник (Казаков) #2
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Попаданец
Электронная книга - «Командировка в ад». Краткое содержание книги:
Когда тебя пытаются убить все подряд — и враги, и соратники, и контрразведчики, и таинственные сектанты, которым надо вообще не пойми что. Когда твой личный враг отравляет тебе жизнь, а вокруг плетутся непонятные интриги, где ты не более чем пешка на игровой доске.
Ну да, командировка… только в ад! Держись, Оружейник!
И там я бывал очень редко, в основном — в портальной зоне.
— Ну хорошо, найду я этот Обруч, — сказал я. — Как передам тебе?
— Найдешь сержанта Йутельда. Он юри-юри, тоже техник, живет рядом со мной… Йутельд знает, как передать мне весточку… Если не я, то старший сын сюда явится, отдашь ему ту ерундень, если не поздно будет, конечно.
— Да ты чего, совсем с ума сошел?! — я схватил Диррга за плечи, встряхнул как следует, и с ужасом понял, что сержант хоть и не потерял в объемах, словно усох, стал легким, почти невесомым. — Мы еще с тобой на твоей планете так напьемся, что все от зависти передохнут! Отставить сопли!
Он улыбнулся и сказал:
— А сейчас если можешь — поехали со мной… Поищем вместе, пока еще не поздно. Пока особых боев нет, сам Гегемон велел.
Я поскреб в затылке.
— Я бы с радостью, чтоб я сдох… Только надо с центурионом договориться. Подожди.
Все равно я собирался заглянуть к Гаге, вот только теперь вместо одного вопроса у меня будет два.
Центурион встретил меня удивленным взглядом.
— Что тебе? — проскрипел он, поднимаясь с раскладной койки, на круглом лице блеснули желтые глаза, под майкой обозначилась выпуклость живота, не такого, как у Диррга, но все равно основательного.
— Разрешите обратиться? — начал я, понимая, что этот засранец может послать меня за малейшее отступление от устава.
— Ну давай, — Гага и не пытался скрыть недовольства.
Сказать, почему мне на самом деле нужно на линкор, я не мог, а на то, чтобы сочинить убедительную ложь, у меня было ровно три минуты, пока я лавировал между палатками и собирался с духом перед обиталищем командира.
— По семейным обстоятельствам мне нужна срочная связь с домом, — выпалил я. — Состояние здоровья матери вызывает серьезные опасения, и необходим коммуникационный компонент с сыном, то есть мной, для поддержания в ней уровня морально-нравственной стойкости.
Каждой центурии связь с домом предоставляли раз в месяц, но для огромного корабля это значило, что тиззгха со своим живым телефоном появлялись на «Гневе Гегемонии»ежедневно, только в разных подразделениях. И я знал, что в случае острой необходимости бойцу из другого подразделения дадут несколько минут для разговора, поделятся временем.
А еще я надеялся, что Гага, любитель выспренных речей и корявых казенныхфраз, лучше поймет меня, если обратиться к нему на знакомом языке.
— Чего? — он вытаращился на меня, точно сова на заговорившую с ним мышь.
— Мама болеет. Если не поговорить, то совсем падет духом, — пояснил я уже по-человечески. — Боев сейчас вроде нет, конвой пойдет через час, завтра к вечеру я вернусь… Отпустите в увольнительную.
Центурион засопел, обеими руками взлохматил зеленую шевелюру, картофелеобразный нос его сморщился.
— То есть ты на линкор хочешь? Завтра к вечеру вернуться? — уточнил он.
— Так точно.
— А кто будет оружие ремонтировать? Обогреватели наконец привезли. Сломанные.
Неповоротливая армейская машина сработала как обычно — нагреватели для палаток, которые были так нужны нам в прошлый раз, привезли сейчас, когда в этом уголке Бриа наступило лето. И они оказались нерабочими — все до одного, а судя по виду, провалялись на каком-то забытом складе лет десять.
— Но я…
— Поговори у меня! — рявкнул Гага. — В тот момент, когда великая Гегемония напрягает все силы, чтобы одолеть упрямых варваров, ты забываешь о своем долге ради семейных дел? Позорная небрежность!
Центурион вскочил на любимого конька, и понесся во весь опор без руля и без ветрил. «Твою мать» — подумал я, и решил, что про Етайхо можно и не спрашивать, в таком настроенииотец-командир пошлет меня на Биради, самую отсталую и дикую провинцию «великой Гегемонии».
Мне только и оставалось пучить глаза, делая вид, что я восторженно внимаю.
— …победоносную наступательную операцию! — такими словами Гага закончил пятиминутную речь, в которой смысла было меньше, чем влаги — в песке посреди Сахары. — Осознал, десятник Егорандреев?
— Так точно, — мрачно отозвался я.
— Свободен.
Центурион улегся обратно на койку, а я вышел под дождь.
Придется сказать Дирргу, что меня не отпустили, что я ничем не смогу ему помочь прямо сейчас, но что все будет в порядке, он обязательно выздоровеет и придет в себя, и мы отыщем этот проклятый Обруч вместе. Ненавижу утешать, да и не особенно умею это делать, жилетка из меня так себе, но что еще мне осталось?