Обитель душ 2. Эфемерность величия
- Автор: Карпо Катти
- Серия: Утопия Зэш #2
- Язык: русский
- Жанр: Фэнтези
Электронная книга - «Обитель душ 2. Эфемерность величия». Краткое содержание книги:
— Мама! Волосинка!
Хонор залез на колени матери и чуть не соскользнул по ткани ее юбки обратно на пол, но Агата вовремя подхватила его.
— Что ты говоришь, милый? — Она нежно убрала длинные пряди волос сына, которые доросли до того, что лезли в глаза. Хонор походил на взбудораженного домовенка, а после игр и беготни — на вывалявшуюся в грязи лохматую собачку. Следовало его подстричь. За короткими волосами легче ухаживать.
— Моя волосинка... Упала! — Хонор взметнул вверх руки, пытаясь убедить маму в важности этого события. — И... дерево!
— Что? Дерево? — Агата все еще старалась понять смысл высказывания мальчика, когда вдруг Хонор спрыгнул с ее коленей и, схватив за руку, потащил к окну.
— Дерево! Дерево!
Агата выглянула в окно.
— Малыш, но у нас в саду нет деревьев. Только астры.
— Дерево! — Хонор упрямо мотнул головой. — Волосинка! — Мальчик, раздосадованный тем, что не может объяснить маме главного, вцепился в свою челку и, поморщившись, выдернул один волосок.
— О, Святая Земля, — удивилась Агата и схватила сына за кулачок, в котором он сжимал длинный черный волос. — Зачем ты делаешь себе больно?
— Не больно, — возразил Хонор и с важным видом отправился вглубь дома.
На окне в гостиной стоял горшок с землей. Агата давно уже приготовила его, но не могла решить, что туда посадить. Мальчик с трудом вскарабкался на стул, стоящий у окна, и сунул свой волосок в землю.
— Малыш? — Агата изумленно следила за его манипуляциями, совершенно не понимая, какую мысль хочет донести до ее разума четырехлетний сын.
— Дерево. — Хонор, насупившись, ткнул пальчиком в горшок. Агата наклонилась, рассматривая место, указанное сыном.
— Боже... — ахнула женщина через мгновение, узрев, как сквозь слой земли прорывается нечто. Зеленый росток потянулся к потолку, а затем в мгновенье ока в горшке уютно устроился кустик цветков фиалки. — Боже милостивый...
— Дерево! — торжествующе провозгласил Хонор, ужасно довольный, что его мысль вдруг приобрела материальные очертания и больше не нужно тужиться и искать слова, чтобы объяснить все матери.
— Это не дерево, — пробормотала Агата, без сил опускаясь на пол. — Это цветок.
— Не дерево? — озадачился Хонор.
— Цветок... — Женщина побледнела. — Боже, малыш. Твой волос пророс в цветок. Святая Земля!
У Хонора испуганно расширились глаза. Он не понимал, почему мама вдруг расстроилась. Что же он сделал не так?
Агата резко выдохнула и метнулась к сыну. Тот от неожиданности отшатнулся и наткнулся спиной на стул.
— Малыш, твой первый волосок. Волосинка, которая проросла в цветок. Нет, в дерево. Тот, что ты упоминал ранее, — где он?
— В саду. — Хонор скуксился и едва сдержался, чтобы не зарыдать. В отличие от остальных детей, он терпеть не мог плакать. Слезы текут, сопли размазываются по щекам — противно до жути.
— Покажи мне цветок. — Агата потянула Хонора за собой. Ее сердце лихорадочно стучало в груди. — Он похож на тот, в горшке?
Хонор кивнул. Мальчик старался идти с маминой скоростью, но все время запинался об ее длинную юбку.
— Где он? — Выйдя на крыльцо, Агата понизила голос и опасливо огляделась. Снаружи слышался обычный шум улицы.
Хонор отцепил мамину руку от своих пальцев и побежал по садовой дорожке. Агата припустила следом. Через пару шагов нога угодила в ямку и подвернулась, но женщина, закусив губу, двинулась дальше.
«Нужно как можно скорее избавиться от этой первой фиалки. Как можно скорее...».
— Госпожа Роуланд. — Сердце ёкнуло в груди, и Агата едва сдержалась, чтобы не вскрикнуть. — Добрый день.
— Добрый. — Женщина остановилась и сдержанно кивнула соседу, старику Ховарду.
Маслянистые глазки заинтересованно буравили Агату, а губы, почти скрывшиеся за премерзкими складками щек, растянулись в подозрительно приветливой улыбке. Ховард с ленивой неуклюжестью облокотился на ограду, окружающую сад Роуландов, и помахал Хонору
— Здравствуй, прелестное дитятко.
Хонор сурово насупился. Ему решительно не нравился этот маслянистоскладчатый человек, и мальчик в силу своего возраста даже не думал скрывать своей неприязни.