Сахара и Судан (Результаты шестилетнего путешествия по Африке)

Наконец еще одна долина, богатая колодцами и травой, но в то же время и дюнами (даза называют ее просто Эннери, т. е. долина или речная долина, а арабы — Джураб), понижается с северо-запада к Омм Шала (совр. Умм Шалаба. — Пер.), или Тунгуру. По Джурабу (низина известна чаще всего под этим названием, однако на прежних картах она неверно обозначена как обширная пустыня) можно последовать на северо-восток вплоть до окрестностей хатийи Мусу, которая лежит почти в двух днях пути к востоку-юго-востоку от Вуна, самого юго-восточного оазиса Борку. Считая от северо-восточного конца или скорее начала долины, встречаются отстоящие друг от друга на расстоянии примерно в полдня пути колодцы Латема, Бокалья (совр. Бакалия. — Пер.) (оба они удалены от Вуна приблизительно на полтора дня пути), Югге, Джийи, Шиша, Сананга (известный среди арабов под названием Абу Кеш), Брулькунг, Ноле и, вероятно, еще и другие, оставшиеся мне неизвестными. От Сананги, как говорят, через полдня пути в юго-западном направлении попадаешь в Фукке, а Ноле, как кажется, отделено примерно таким же расстоянием от Омм Шала.

Правда, соотношение высоты большинства этих долин и колодцев столь же мало установлено точными наблюдениями, как и высота рассматриваемой здесь по преимуществу северо-восточной части Бахр-эль-Газаля. Однако если принять во внимание их связь друг с другом, покатость всей местности начиная от Канема к северо-востоку, если вспомнить, что северное Боделе лежит еще значительно ниже уровня Чада, наконец, если добавить к этому единодушные высказывания всех знающих данную местность людей, обладающих верным суждением жителей пустыни о топографии, то нельзя остаться глухим к убеждению (при имеющихся доказательствах водной фауны, исчезнувшей здесь в недавнее время), что мы имеем дело с огромной котловиной (площадью около 100 тыс. кв. км), которая прежде в той или иной степени наполнялась водой из Чада через посредство Бахр-эль-Газаля. Таким образом, вся местность Эгеи, вплоть до какой-то части Борку, более или менее покрытая водой, была громадной лагуной, как сам Чад. Вполне вероятно, что значительные отрезки суши между водными поверхностями представляли собой населенные районы, как об этом свидетельствуют многочисленные глиняные черепки во многих местах в Боделе и предания жителей Борку; обширные площади то высыхали, то затоплялись в зависимости от количества воды в Чаде. Как только из-за пересыхания Бахр-эль-Газаля уменьшился и прекратился приток воды, пустынный климат этой местности ускорил процесс ее высыхания, а более или менее постоянное население лагунных островов отошло в Борку или Канем. О причинах, по которым уменьшилось истечение вод Чада, пойдет разговор при описании самого озера.