Горячий парень из леса [ЛП]

— Си… чёрт…

— Всё в порядке, сладкая, — прошептал он. — Не надо меня сдерживать.

И в следующий миг я ощутила, как его пальцы вошли в меня. У него были огромные пальцы. Давление было приятным, действительно приятным. Затем он согнул пальцы, выскальзывая наружу, потирая мой клитор. Я вскочила на цыпочки от парализующего ощущения удовольствия.

Затем Осирис снова быстро задвигался.

Его рука переместилась к моей заднице, и обеими руками он потянул меня вверх, так, чтобы я оседлала его. Я схватила его за плечи, наклонившись вперёд. Затем мои колени оказались на стуле, моё тело нависло над ним, всего в нескольких дюймах.

— Иди сюда, — приказал он, когда его массивная правая рука скользнула по моей спине.

Он остановился у моей шеи и потянул меня на себя, прижимая мой рот к своему.

Мы начали целоваться, продолжая с того места, где остановились.

Его другая рука всё ещё была на моей заднице, направляя меня вниз к его члену, располагая меня поудобнее.

Я хватала ртом воздух, когда всё только начиналось.

Но Осирис продолжал целовать меня.

Вскоре обе его руки оказались на моей талии, опуская меня вниз, чтобы он мог войти в меня до основания, оставляя меня более полной, чем я когда-либо могла себе представить.

К тому времени мой рот был просто открыт. И его тоже. Мы не целовались, но наши губы соприкасались. Наши глаза были открыты.

Соединяясь на уровне, котором, возможно, мы оба не должны были соединяться.

Его руки крепко сжимались, когда он поднимал меня и опускал вниз. Наши взгляды сплелись так же крепко, как и наши тела. Сначала Осирис использовал моё тело, чтобы трахать себя. Но в какой-то момент я, наконец, начала двигаться. Раскачиваясь на нём, я никак не могла привыкнуть к его размеру, но наслаждалась тем, как он оставлял меня на краю оргазма с той самой секунды, как коснулся меня.

И именно там мы остановились. Вместе. Каждый раз, когда я поднималась, его руки тянули меня вниз. Прижимая меня к своему телу. Я задыхалась, стонала, кончала, опускалась к его шее, дрожа от удовольствия, только чтобы повторить это снова и снова. И снова и снова.

Мы целовались. Мы трахались. Мы стонали.

Я захныкала, когда давление стало слишком сильным.

Он зашипел и зарычал, когда напрягся, готовый взорваться.

Мы не произнесли ни слова.

И все слова, которые не были сказаны, возможно, были самыми важными словами на свете.

Последнее, что я помнила о той ночи, это то, как крепко прижималась к его груди, прямо там, на крыльце, такая открытая вместе с ним.

И он обнял меня.

И впервые за долгое время… я действительно поверила, что всё будет хорошо.