Горгона. Начало пути

— О эльф. — Но тут же получил толчок в бок от своего товарища, который опять заговорил на гномском и обращался он ко мне:

— Мы рады ждать тебя Дитя Алорна и звать к нам, — я протиснулась к чернявым и удивленно спросила:

— А эриухи?

— Ты хотеть стать им обедом на ритуале? — С хитрой улыбкой спросил первый.

— Не-а не хотеть. — Ответила я.

— Тогда идет за мной. — Кротенок махнул рукой в сторону лаза.

— Без них не пойду. — Твердо сказала я. За спиной кто-то облегченно вздохнул.

— Время нет. — Тряхнул кудрями цеф. Он недовольно оглядел изможденных пленников и все еще слабого, олара.

— Римеус сказал Дитя Алорна, а гнома и эльфа нет. — Он нахмурил черные брови. Я демонстративно уселась на землю. Цеф с удивление уставился на лязгающие серебром саккараш, а им только дай попугать. Видимо поняв, о чем мы говорим, второй цеф тоже внес свою лепту.

— Гномы не пролезут, скажи ей. Они хоть и малы ростом — широкие, что наш бочонок из — под пиво. — При этом цеф хитро покосился на недовольно бурчащего Дроба.

— Какой бочонок, да после такой голодовки я в игольное ушко пролезу. — Не выдержал Гродан, и злобно раздувая ноздри, уставился на испуганного цефа, который еле удержался, чтобы ни завалиться в лаз за спиной. Первый цеф вдруг прислушался к шуму над головой и видимо сразу решил, что ему делать.

— Времени нет, — обратился он к злющему гному, — командуй всем лезть в потайной ход и быстро.

По его лицу пробежала тень ужаса и все присутствовавшие словно почувствовали надвигающийся затягивающий омут страха. Меня все- таки пропихнули вперед, и вот уже не знаю, сколько времени ползу за вертлявым быстрым цефом, проклиная все на свете. Для меня лаз был просторным, но постоянно сыпавшаяся сверху земля забивалась в нос и рот, отчего на протяжении всего пути нашего отряда были слышны хрипы, плевки и тихие маты. Несколько раз я останавливалась и настойчиво спрашивала об оларе и когда вконец, разозленный Дроб не сдержанно ответил, я захлопнула то, что он просил, и только перебирала конечностями. Для долго голодающих это был долгий переход или переполз. И наконец, я выпала из узкого хода на твердую поверхность какого-то туннеля. Его конец терялся где-то вдалеке, а по стенам освещая путь, рос все тот же чудо — гриб. Когда последний эльф выпал из сияющей чернотой дыры, наш главный проводник, четко выговаривая незнакомые заклинания, закрыл лаз. Земля словно забурлила, накрадываясь, пласт за пластом и вскоре вместо нашего спасителя осталась гладкая стена, и даже гриб засветился четким рисунком. Пока 'крот' магичил или шаманил, потом разберусь, мы немного отдышались. Потом опять долго неслись по сумрачному туннелю, и топот от наших ног отдавался в высоком потолке, гулким эхом.

Неожиданно резко, впереди открылось страшное зрелище. Туннель расширялся, образуя небольшую пещеру, высокие своды которой поддерживали каменные изваянья гномов. Шел бой. Несколько десятков цефов отчаянно дрались с эриухами. Было видно, что силы их на исходе и горы трупов обоих противников орошали темной кровью серый пол. Наши проводники что-то закричали и уже отчаявшиеся воины, с остервенением набросились на эриухов, защищая проход в другой туннель. Я словно очнулась и с тревогой посмотрела на остальных. На лицах читалась решимость преодолеть любые невзгоды. И даже королевич словно встрепенулся, почуяв близкую свободу. Безоружные и изможденные мы могли лишь следовать за проводниками и стараться не отставать, видя на какие жертвы идут цефы. Короткими перебежками мы миновали сражение и углубились в еще один туннель. Я оглянулась, остатки воинов отступали к спасительному коридору. Один из магов, а именно они вывели нас из колодца, остался и заклинанием завалил вход в туннель. Дальше был лишь изнуряющий бег, сменяющиеся один за другим, уходящие вглубь пути. Но я снова чувствовала силу, бурлящую внутри себя, и словно губка впитывала энергию. Постепенно перестала чувствовать голод и усталость. И не большими порциями стала питать других, которые нечего не замечая, лишь на силе воле переставляли ноги. Только Ноярис встрепенулся и с удивлением посмотрел на меня, благодарно кивнул, оценивая дар жизни.