Последнее "Па" [СИ]

— Я справлюсь, — сжав кулаки, произнес парень.

— Малой он еще, пощади, — взмолилась женщина.

Катар взглянул на изрядно поредевший отряд «Смерть» и, припомнив слова ведьмы, сморщился.

— Сэма Рыжего видел? — спросил воин про добровольца, что вернулся из тьмы седым.

— Видел. Я не Сэм. Я справлюсь, — с нажимом произнес парнишка.

— Годов сколько?

— Семнадцать.

— Врет, пятнадцатую весну встретил, — не унималась женщина.

Катар отвернулся и махнул рукой.

— За моей спиной пойдешь, — не глядя на мать, произнес он и достал из сумки черную плотную повязку. — Становись!

Мужики засуетились, выстраиваясь в колонну по два.

— Вставай сюда и слушай внимательно. Один раз ошибешься — самого демоны утащат и раненного с тобой заберут. Понял?

— Понял, — кивнул парень, взглянув на мужиков, которые, выстроившись, тоже достали повязки и принялись завязывать себе глаза.

— Чтобы ты не услышал, чтобы не почувствовал — не верь. Шептать будут всякое. Такое, что за душу берет, но тут главное не верить. Они тебя так проверяют. Рот откроешь или слово скажешь — утащат. Повязку снимешь — седым останешься. Сэм повязал плохо и увидел ту тьму, где человеку нет места, от того он и молчит… и вряд ли вообще когда-нибудь что-то скажет.

— Почему эти твари нас не трогают? — спросил парень, расправив свою повязку.

— Потому что я с вами, — ответил Катар и достал флакон со специальным составом.

Макнув в него палец, он ухватил парня за подбородок и нарисовал на его лбу открытый глаз.

— Стой на месте, я остальными займусь.

Слуга ведьмы прошелся по строю и сноровисто начертил у каждого на лбу такой же знак. Вернувшись обратно, он взглянул на новичка, проверив повязку, кивнул и скомандовал:

— Готовсь!

Отряд подобрался, и командир подошел к плите. Вставив артефакт в положенное место, он сделал два шага назад и активировал контрольный артефакт, который висел на его шее и изображал медальон.

Знаки на каменной плите налились тьмой, а Катар тихо произнес, не сводя взгляда с тьмы:

— Чтобы не случилось — молчи. Спадет повязка — не открывай глаз. Если станет совсем тяжко — пой.

— Я… я не умею, — тихо ответил парень.

— В этом и вся соль, — кивнул Катар. — Тех, кто умели — сожрали первыми.

Вокруг отряда начал собираться народ. Каждая ходка этого отряда была целым событием. И дело тут было не только в том, что выглядело это как минимум эффектно. Зевак поглазеть на подобное событие собиралось много.

Особо выделялось преображение командира.

Он был единственным среди отряда, кто не вязал себе повязок, но стоило воротам активироваться, он преображался. Свободная рубаха натягивалась от выраставших мышц, по телу бежали черные линии, которые формировали на нем защитный рисунок. Они стекались к его лбу и формировали третий глаз. Лицо тоже преображалось. Скулы заострялись, на подбородке сквозь кожу проступал мощный шип. Из лба вырастали рога, которые изгибались и уходили в сторону затылка. За несколько секунд Катар превращался в подобие темной твари с одним исключением. Ни когтей, ни острых зубов у него не было.