Платина и шоколад (СИ)
- Автор: Чацкая Настя
- Год: 2019
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Платина и шоколад (СИ)». Краткое содержание книги:
— В гостиной старост.
— Не имею понятия, о чем ты.
— О твоих домогательствах меня, конечно же.
Она застыла. Давай, злись.
Тёмные глаза сверлом впились в его лицо, а пальцы сжались на страницах учебника.
— Ты не в своем уме, Малфой.
О, да. Уже давно.
— Не прикидывайся, что не понимаешь, Грейнджер, — губы растягиваются в усмешке. Дразня, играючи. — Тот поцелуй.
Она сжала губы, не опуская глаз. Процедила:
— Тот, которого не было, а? Я-то уже и думать о нём забыла, — и снова осторожно уткнулась взглядом в книгу.
«Ты врёшь, маленькая сучка»
— Я не верю тебе.
— Зря.
— Я бы не сказал. Что, призналась Поттеру, что он — ничтожество по сравнению со мной? — Малфой пошевелил бровями и растянул губы в самодовольной ухмылке.
Она захлопнула книгу и отшвырнула её, грохнув тяжелой обложкой по столу.
— Что ты нафиг несёшь?
— Правда глаза колет?
— Заткнись и хватит говорить этот... бред! — она сделала шаг к нему, остановилась, сжав кулаки.
Хорошо.
Хорошо, Грейнджер, умница. Злись.
Малфой прищурился, не сводя с неё глаз. Молчал.
— Мы с Гарри... никогда бы не поссорились из-за тебя.
« Мы с Гарри».
Какого хера это укололо его?
— М-м, — протянул, глядя с насмешкой. Заставляя себя лениво откинуть голову.
— Да, чёрт возьми. Ты не достоин даже... даже его взгляда, ясно? — Грейнджер сделала еще шаг, уничтожая его своими глазами. Повышая тон. — Ни одного взгляда, недоумок!
Он выглядел спокойным, и это сбивало её с толку. В груди же ревела ярость. Настоящая, просыпающаяся ярость. Не от её последних слов, нет.
Вовсе не это.
Мы с Гарри.
Мы-блять-с-Гарри.
Сука.
— Тогда почему ты хочешь меня, а не его? — прорычал он прежде, чем подумал. И голос шёл в резкий противовес его показательно-расслабленному выражению лица. — Какого хера ты вжиралась в меня, всасывала в себя мой язык и, не держи я твои гребаные руки, ты впилась бы в мою одежду и разорвала её, нахрен, пополам?
Она замерла, хлопая глазами. Он жадно наблюдал за тем, как румянец окрашивает её щеки. Жаркий, душащий. На секунду представил, какая горячая сейчас у неё кожа. И сколько под ней грязной, бурлящей крови.
— Молчишь? — он грубо рассмеялся, вставая. Поворачиваясь к ней лицом. — Где весь твой яд, маленькая сука?
— Заткнись.
— Заткнись, — передразнил он, кривя губы. — Всё, что можешь. Талдычить — «заткнись». Как чертов попугай. — Малфой уже не был уверен в том, что поступает правильно. Он вообще ни в чём не был уверен. — А знаешь, что? — Совсем тихо, с прежней ухмылкой. — Мне не понравилось. Ни твой вкус. Ни твой рот. Это было отвратительно, я всерьёз подумывал над тем, чтобы попросить Снейпа выделить мне флакончик с зельем, стирающим память, иначе у меня на Пэнси больше никогда не встанет. Если я ещё хотя бы раз вспомню о тебе.
Грейнджер смотрела прямо на него, и щеки её пылали всё больше с каждой секундой. Но если сначала в румянце был намёк на смущение, то теперь это было унижение, такое чистое. Такое настоящее.
Рот на секунду приоткрылся, но она не нашла слов, наверное. Или не хотела их находить.
Сжала губы, слегка выставив подбородок. Будто слабый толчок к борьбе.
И снова отступление.
Она отвернулась, и дыхание было подозрительно шумным. Малфой и сам заметил, как тяжело дышал. Следил за ней, пока она шла к лестнице в свою спальню. Спина — иголка. Как всегда.
— Что, и всё? — выплюнул он ей в спину, не сдержавшись, чувствуя ярость. На себя. Только на себя. — И это, блять, всё? Ты, чёртова сука, не можешь мне даже ответить! — Почти рёв. Он орал на неё так, что срывался голос. — Ответь мне немедленно, Грейнджер! — Она остановилась. — Ответь мне. Ответь, скажи, что я не прав! Скажи, что ты не отсасывала Поттеру, вымаливая прощение! — Резкий разворот и пылающий взгляд покрасневших почему-то глаз. Мозги так быстро отключались. «Мы с Гарри». — Прощение за то, что хочешь меня, течёшь, как последняя шавка. Я вижу, как ты смотришь на меня. Твой этот херов он-меня-не-раскусит взгляд! Я уверен, блять, что ты запускаешь руки в трусы каждую ночь, представляя меня, между твоих ног. Мерзкие фантазии. Мерзкая ты. Тебе никогда не видать никого, кроме твоего шрамированного дружка. Если он рискнёт прикоснуться к тебе там. Я бы не рискнул. Уверен, что ты грязная. Ты вся и твоя дырка. Грязная, как...
Искры.
Из глаз посыпались искры, а голова едва не запрокинулась от удара. В ушах звенел звук пощёчины. Хлёсткий, до охерения отрезвляющий.
— Не смей. Больше. Ни слова говорить.
Её шипение, пылающий взгляд, вздёрнутый подбородок.
Ударила. Она его ударила. Он смотрел на неё, стискивая челюсти всё сильнее с каждой секундой. Впитывая её. Её ту, что он разбудил. Кем он заставил её стать.
Огонь во всей застывшей позе. Она горела. И если бы он не знал, что щека полыхает от удара, то мог бы поклясться, что это Грейнджер обжигала его сейчас. Дыхание Малфоя заходилось, и он смотрел на неё, не зная, что ему делать.
— Можешь расписывать все эти гадкие, мерзкие вещи своей шлюхе, а не мне, — она практически задыхалась, цедя слова. — Мне ты можешь говорить любые гадости, касающиеся чего угодно, кроме всей этой грязной, пошлой... порнографии, хренов ты извращенец, но ни слова, слышишь? Ни словао Гарри, сукин ты сын.
Её шёпот напоминал крик. Отчаянный. Задушенный. Рвущийся, как пергамент.
А в голове набатом стучало «Гарри. Гарри. Гарри». Драко зарычал, делая шаг к ней. Он хотел припечатать её к ближайшей стене за одно лишь это имя, произнесенное вслух. Размазать её мерзкое существо по камню, чтобы она не делала этого.
Не делала этого с ним.
Он как раз собирался шагнуть к ней, когда маленькие ладони яростно впечатались в его грудь. Толчок.
— Твою мать, Малфой!
Он замер.
Внезапный крик прямо в лицо отдался в барабанных перепонках и во всей голове, заставляя остановиться. Грейнджер ещё раз толкнула его. И снова:
— Твою мать! Это ты, ты виноват во всём этом! — Слова звоном бились о черепную коробку. И это каким-то херовым чудом вдруг почти успокоило его. За несколько секунд. И, кажется, за миллион ударов сердца.
Он коснулся рукой щеки, не отрывая от неё глаз. А она дрожала. Безостановочно тряслась, и с этой дрожью из неё выходил тот ком, что засел глубоко, глубже, чем можно было представить.
— Я так ненавижу тебя, — шёпота громче он не слышал никогда.
— Серьёзно?
Издёвка? Пусть. Пусть, издёвка.
Она-то видела, как он реагировал на её слова. Практически закипел. Едва не тронулся своим скудным умом, пока она говорила. Ничего, Малфой. Жри. Жри своё собственное дерьмо, которое обычно вылетает из твоего рта.
— Серьёзнее некуда, — Гермиона ещё раз взглянула прямо ему в глаза.
Затем сделала медленный шаг назад, взглядом удерживая его на расстоянии. Он не двигался.
Еще шаг.
Облизала губы.
Он заговорил, когда она была уже у самой лестницы.
— Если ещё хотя бы раз вздумаешь ударить меня, я уничтожу тебя со всеми твоими грязными потрохами. Гермиона распахнула глаза, чувствуя, как напрягаются губы от тупой боли, которой сдавило сердце от его слов.
— Следи за своими потрохами и стань уже взрослее, ради Мерлина. Пора бы понять, что твои пустые угрозы — это просто «пшик», — произнесла, почти спокойно, видя, что он злится. Почти готов сорваться с места, и поэтому сделала ещё один шаг назад, упираясь икрой ноги в первую ступеньку. — Достаточно одного дуновения — и их нет.
— Уверена? — рычание.
— Более чем, — провокация. — Вот в чём НЕразличиес твоим папашей, не так ли? Слишком. Много. Пустых. Слов.
И оба замерли на какую-то долю секунды.
Он был уверен, что ослышался.
Она была уверена, что не произнесла этого вслух.