Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3

— О да! Премного благодарен! — бодрым голосом отозвался Томми.

— Мой юный друг, ваше счастье, что у вас такой толстый череп. Добряк Конрад способен повалить быка. — Он кивком указал на привратника. Тот ухмыльнулся.

Томми с усилием повернул голову.

— А, значит, вас величают Конрадом? — сказал он. — Ну, так вам тоже повезло, что у меня толстый череп. Впрочем, у вас такая физиономия, что мне даже жалко, что мой череп помог вам увернуться от петли.

Конрад пробурчал какое-то ругательство, но бородатый немец сохранил невозмутимость.

— Петля ему и не грозила, руки коротки у ищеек, — сказал он.

— Ну, как вам угодно, — отозвался Томми. — Принято считать, что в полиции одни идиоты, но сам я им вполне доверяю.

Держался он непринужденно. Томми Бересфорд был из тех молодых англичан, которые не отличаются блеском и умом, однако, оказавшись в положении, обычно именуемым «безвыходным», мгновенно преображаются. Природную застенчивость и осмотрительность они сбрасывают как перчатки. Томми прекрасно понимал, что спасти его может только собственная смекалка, а его привычная и потому естественная медлительность помогала скрыть работу мысли.

Все так же невозмутимо немец продолжал:

— Хотите ли вы что-нибудь сказать, прежде чем вас казнят за шпионаж?

— Очень хочу! У меня много интересных сведений! — ответил Томми все с той же небрежной легкостью.

— Будете отрицать, что подслушивали?

— Нет. Конечно, я должен извиниться… Но ваш разговор был настолько интересным, что я забыл про щепетильность.

— Как вы проникли сюда?

— Милейший старина Конрад! — Томми виновато улыбнулся привратнику. — Мне горько это говорить, но верного слугу пора бы отправить на пенсию, вам стоит поискать сторожевого пса получше.

Конрад что-то прорычал, а когда бородатый повернулся к нему, угрюмо пробормотал:

— Он назвал пароль. Откуда я мог знать?

— Совершенно верно, — вмешался Томми. — Откуда он мог знать? Не надо его ругать, ведь только благодаря его опрометчивости я получил редкое удовольствие — лицезреть всех вас.

Ему показалось, что его слова вызвали некоторое смятение у зрителей на заднем плане, но бдительный немец успокоил их небрежным взмахом руки.

— Покойники молчат, — сказал он невозмутимо.

— Да, но я-то еще не покойник, — возразил Томми.

— Мы не заставим вас долго ждать, мой юный друг, — заметил немец.

Остальные поддержали его одобрительным ворчанием.

Сердце Томми отчаянно заколотилось, но он не оставил светски-любезного тона.

— Не уверен, — небрежно сказал он. — Вряд ли это разумно — убивать меня.

Он, несомненно, сбил их с толку, судя по выражению физиономии немца, который спросил:

— Почему это мы должны оставить вас в живых? Назовите хотя бы одну причину.

— Да хоть десять, — ответил Томми. — Послушайте, вы засыпали меня вопросами. Позвольте и мне задать хоть один. Почему вы со мной не разделались сразу, зачем вам было нужно, чтобы я пришел в себя?