Осколки души. Тома 1 и 2

— От его императорского величества Священной Римской империи, Генриха Двадцать третьего, — гордо вскинув голову, сказал Томас, чем вызвал ухмылку на лице одной из сопровождающих. Остальные явной реакции не показывали, сдерживаясь.

— Он совсем с ума сошел? — пробормотала Ольга. — Решил, что Бурбоны будут из-за оруженосца ссориться? Потомственный английский барон хочет стать аристократом СРИ?

— Так себе сокращение звучит, — поморщился я, глядя на реакцию экзаменаторов. Те чуть посовещались, и Золотов, кивнув, повернулся к студенту.

— По решению высокой комиссии от лица ее величества королевы Виктории вы будете одарены личным званием оруженосца старого двора, — сообщил декан, вписав имя претендента в дарственную грамоту, которых перед ним лежала целая стопка. После чего, продемонстрировав всем, положил бумагу в красивый конверт и передал Томасу. Тот, с поклоном забрав бумагу, вернулся на трибуны. Но, судя по выражению лица, остался не слишком доволен.

Следующей на арену вышла девушка с копьем, наконечник которого чуть расплывался водяными бликами. Золотов отвлекся на обсуждение с секретарями, но Эрдман отдал команду начинать, и поднявшиеся куклы начали обступать девушку. И опять — никаких проблем они не вызвали. Двигались не слишком быстро, атаковали прямолинейно и кулаками. Скорее зомби, чем подготовленные бойцы. Так что и бой меня не занимал, в отличие от происходящего на трибунах.

— Ты мне должен, мальчишка, — прорычал Томас, наседая на Николаса.

— Эй, мы договаривались, что ты их повредишь, а вместо этого все гомункулы поднялись и снова в строю! — возмутился мой одноклассник, стараясь сдерживаться.

— Они лежали на арене? Лежали, какие вопросы? — нагло усмехнулся Томас. Скользнув между рядами, я очутился рядом.

— Хэй, парни, в чем проблема? — улыбнулся я, встревая между спорщиками. — У нас, между прочим, идет экзамен, нехорошо привлекать внимание учителей, или хотите попасть к Морозову?

— Ты не слишком ли наглый? — попробовал ткнуть меня в грудь англичанин, но я одним движением поймал его за палец и вывернул, да так что сустав затрещал. — А ну отпусти, мразь!

— Ой, тебе больно? — хмыкнул я и довернул палец, вырывая сухожилия. — Прости, переборщил. Давай попробуем еще раз? В чем проблема?

— Угх, — сдержав крик, простонал Томас. — Хватит, отпусти немедленно!

— Конечно-конечно. Ты только скажи, в чем у вас проблема? Он тебе денег должен? Так он отдаст. Верно же, Николас? — спросил я, посмотрев на одноклассника.

— Конечно отдам, после экзамена. Как только мы всех положим, — ответил Николас, но англичанин в ответ на это лишь усмехнулся. — Даже если нет, ставки сделаны, и судьи из офицерского клуба.

— Хм, а как вы смотрите на такой вариант, я отдаю твой долг Томасу, а ты становишься должен мне? Нормально? — спросил я у обоих спорщиков. — Деньги — это единственное, чего у меня в достатке.

— Да, я слышал, ты слил двенадцать тысяч крон и не поморщился, — усмехнулся Томас. — Он мне должен тысячу!