![Как блудный муж по грибы ходил [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/6/2/6/3/kak-bludnyj-muzh-po-griby-hodil-litres-download.jpg)
Как блудный муж по грибы ходил [litres]
- Автор: Поляков Юрий Михайлович
- Язык: русский
- Год: АСТ
- ISBN: 978-5-17-135713-9
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Как блудный муж по грибы ходил [litres]». Краткое содержание книги:
В сборник также включено эссе «Треугольная жизнь», в котором автор, допустив нас в свою творческую лабораторию, открывает нам тайны ремесла, рассказывая историю создания произведений, вошедших в книгу.
В течение двух месяцев Чернецкая вела себя так, словно между ними вообще ничего не было и быть не могло. Башмаков уже начал склоняться к мысли, что стал жертвой одноразового бабьего каприза. Но вдруг во время майских посиделок Нина Андреевна, рассуждая о вырождении труппы «Таганки», коснулась под столом башмаковского колена. А потом, выслушивая гневную отповедь таганского фаната Каракозина, горячо поддержанную Люсей, она шепнула Башмакову на ухо, что собирается сегодня полить у подруги цветы.
Полив цветов происходил довольно редко и, как правило, приурочивался к праздничным посиделкам. Но как-то раз любовники задержались на работе допоздна, заперлись в лаборатории, жадно целовались, и после долгих уговоров Башмаков, сметая канцелярские принадлежности, завладел Ниной Андреевной прямо на своем широком замзавотдельском столе. На следующий день Чернецкая отводила от стола глаза, краснела и вообще старалась не смотреть в сторону этого двухтумбового ложа любви. Больше она никогда не уступала Башмакову в лабораторных условиях.
Зато вскоре ее мужа положили в больницу на обследование. Сын Рома уехал в пионерский лагерь. И они поливали цветы каждый вечер в течение целой недели. Башмакову пришлось соврать Кате, будто в лаборатории проходят стендовые испытания. Жена на это заметила, что, оказывается, в научных учреждениях такой же антисемейно-ненормированный рабочий день, как и в райкомах, а в результате Олег Трудович от переутомления плохо выглядит.
Еще бы! К концу этой «страстной» недели Башмаков чувствовал себя совершенно опустошенным, да и Нина Андреевна была полуживой. От женского восторга она обычно рыдала в голос и даже иногда могла потерять сознание, о чем честно в самом начале их связи предупредила любовника. В последний день, накануне выписки мужа из больницы, они просто решили отдохнуть в постели. Отдыха, конечно, не получилось…
– Звереныш, а знаешь, чего я хочу? – спросила она, склонившись над ним и умиротворенно поглаживая волосатую башмаковскую грудь.
– Чего?
– Я хочу от тебя ребенка!
– Только ребенка?
– Нет, еще я хочу за тебя замуж. Подумай об этом!
– Думаю…
– Нам ведь будет хорошо вместе! Даже звезды это подтверждают…
– В каком смысле?
– Ты – Телец. А знаешь, с кем у Тельца самый счастливый союз?
– С кем?
– С Девой! Со мной, глупенький! А ты будешь хорошо относиться к Роме? Ты знаешь, он чувствует каждый раз, когда я возвращаюсь от тебя. Даже ревнует и капризничает…
– Ты серьезно?
– А ты хочешь, чтобы все это, – она указала на свое темное остывающее лоно, – было несерьезно?
– А муж?! – невольно воскликнул Башмаков, и на его лице с глупой достоверностью отразился весь ужас перед возможными непредсказуемостями.
– Испугался? – засмеялась Нина Андреевна. – Не переживай – муж выписывается из больницы. Ему стало гораздо лучше. И у него новый роман… в новеллах.
Возвращаясь домой после встреч с любовницей, Олег Трудович обыкновенно напускал на себя деловитую сумрачность, чтобы не выдать радостную утомленность плоти и счастливый сквознячок в сердце. А ложась в супружескую постель, всегда демонстрировал дежурный интерес к жене, почти никогда не вызывавший ответного отклика, а в лучшем случае вопрос:
– Замотался?
– Угу.
– Я тоже как собака. Тунеядыч, давай не сегодня… У меня завтра городская контрольная.
– Кать, а ты кто у нас по знаку?
– Да ну тебя к черту!
За годы работы в школе у Кати, все еще худенькой, как девочка, начал вырабатываться особый стиль классной дамы – четкие, почти военные движения, командный, с обязательной недоволинкой голос и профессионально-укоризненный взгляд, способный довести до слез даже закоренелого двоечника-хулигана. В первые годы Катя, окончив занятия, снимала эту преподавательскую шкурку, вешала на гвоздик где-нибудь в учительской и шла домой трепетная, беззащитная, готовая плакать по ночам от каждой башмаковской пакости. Со временем шкурка приросла к телу и загрубела.
В первые, достаточно медовые годы у них с Катей все было хорошо и даже имелась такая игра: утомленная, но не насытившаяся Катя задумчиво спрашивала: