Рассказы тридцатилетних
- Автор: Бежин Леонид Евгеньевич, Бардин Сергей
- Серия: Антология современной прозы #1988
- Год: 1988
- Язык: русский
- Год: Молодая гвардия
- ISBN: 5-235-00221-0
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Рассказы тридцатилетних». Краткое содержание книги:
Автобус третий час мчался по бесконечной ленте междугородного шоссе. Мальчишки уже давно дожевали подаренное яблоко, старушки вспомнили наконец, что Акулина не потерялась, а зашла в общежитие проведать младшую дочь, человек с длинным носом и в зеленой шляпе читал по крайней мере десятую газету. Солдат с матросом и девушки разбились на парочки и о чем-то ворковали, древние бабушки сняли часть платков и безотрывно глядели в окно, точно силясь вспомнить, не тут ли они жили во времена своей молодости.
В городок я приехал вечером. Улица Егора Самсонова оказалась на самой далекой окраине. В темноте и странных тенях от тускло светившихся фонарей я стал разыскивать дом Максима Максимыча. Здания на улице были ветхие, с покосившимися печными трубами, с большими разросшимися яблонями и вишнями на приусадебных участках. «Весною бы сюда приехать…» — думал я, глядя на черные, с облетевшей листвою деревья.
Я нашел домик Максима Максимыча и постучал. Ставни были плотно закрыты и завинчены изнутри, свет нигде не горел. Дом казался пустым и заброшенным. «Помер! — подумал я и прислонился к забору. — Ехать в такую даль, с трудом достать деньги на покупку замечательных вещей — и все впустую!»
Повернувшись, я осмотрел забор и заметил ржавое кольцо с прикрученной к нему проволокой. Дернув обеими руками кольцо, я услышал дальний звук колокольчика. Минут через пятнадцать за забором кто-то заворочался и меня спросили: «Кого нужно?»
— Максим Максимыча! Это Дмитрий! Из Москвы! Он должен знать! — радостно закричал я.
Дверь приоткрылась, я увидел тощую фигуру в шинели, исподнем и калошах.
Я юркнул за ворота и спросил:
— Максим Максимыч дома? Он не спит еще?
— Проходи… — сказали мне.
Странная фигура ничего не ответила. Мы молча вошли в холодные сени с тускло горевшей керосиновой лампой, корытами, висевшими на стенах, лавкой, на которой стояло ведро с плавающим в нем резным ковшиком.
Фигура открыла дверь, согнулась и исчезла за ситцевыми занавесками. Оглянувшись, я шагнул в комнату.
Маленькая комната была жарко натоплена. У стены виднелась кровать, на ней лежал, укрывшись шинелью, худой и бритоголовый старик. Больше в комнате никого не было. У кровати стоял столик, на нем яблоки и махорка в жестянке.
— Вы раздевайтесь, — сказал старик. — Вон там, за занавеской, вешалка…
Я снял пальто и опустился на табуретку у кровати.
Мы пристально посмотрели друг на друга… Судя по письму, так красиво написанному, я ожидал увидеть опрятный домик, чай с самоваром; Максим Максимыч представлялся мне благообразным старичком, похожим на старого учителя. На деле выходило иное. Я пока не мог разобраться и только смотрел.
Старик, глядя на меня, очевидно, соображал, тот ли я, за кого себя выдаю. Точно ли мне можно верить и я тот самый Дмитрий, которому он писал письмо.
— Максим Максимыч, это вы? — спросил я.
— Не думал, не думал, что вы так скоро, так внезапно приедете, — сказал Максим Максимыч. — Мне многие охотники пишут и интересуются ружьями, но никто не приезжал. Вот вы какой ловкий…
— Я не ловкий, — начал я. — Поймите, я очень люблю старинное оружие, у меня уже целое собрание, ружья, сабли… Я их смазываю, протираю, привожу в порядок, ухаживаю как могу. Они висят у меня на стенах…
Максим Максимыч кивал головой. Длинной, худой рукой он быстро схватил со стола яблоко и принялся его долго жевать.
«Неужели он тут совсем один?» — подумалось мне.
— Разве вы один живете?
— Есть еще сестра! — ответил Максим Максимыч. — Она у меня старая, больная и всего боится. Вот и вас испугалась. Говорит: «Он нас не зарежет ночью из-за ружей-то?» — Максим Максимыч вопросительно глянул на меня.
Я обернулся и успел заметить мелькнувшую за шторкой голову старухи, смотревшую с детским испугом. Мне поскорее захотелось кончить дело и уехать. «Ночевать можно и на автостанции», — подумал я.
— Так ведь за ружьями приехали? — спросил вдруг Максим Максимыч. — А я замечательно бьющее ружье мастера Антонина Винцентуса Лебеды в Праге не продам! Умру скоро, так сестра продаст, а я, пока жив и существую, не отдам. Не отдам! — заволновался Максим Максимыч и, тяжело дыша, сел на кровать.
Из-под шинели высунулись ноги с растопыренными пальцами. Больная коленка была обмотана тряпкой. Ноги задрожали и сунулись в разрезанные вверху валенки. Старик поднялся, вытянув руки, и ушел за занавеску. Он долго звенел ключами, отмыкая кладовку, передвигая рухлядь, а сестра ему помогала. Наконец Максим Максимыч вышел с ящиками. С нетерпением я бросился навстречу и раскрыл ящики.