Семена Зла

Мой наставник был немолод — он получил хорошее образование, много странствовал, охотился, объехал все одиннадцать королевств. То, что он не знал, кто был нападавшим было крайне настораживающим знаком. В бестиариях ордена было немало тварей, способные уничтожить несколько десятков вооружённых и готовых к бою охотников. Болотные гидры, крупные подвиды виверн, ролтоки и камнееды, шипастые медведи и огненные черепахи, крылатые змеи и плюющиеся кобры… Список можно было продолжать долго. Но людей в караване было несколько сотен...

— Может быть, кто-то летающий? Раз нет следов. — высказал я разумное предположение.

— Виверны тоже оставляют следы. И из-за летающей твари никто не стал бы бежать из поселения. Виверна или крылатый змей может сожрать несколько человек, при большой неудаче — несколько десятков. И то не сразу — объевшись, она просто не улетит. Да и мало их осталось — именно на них всегда охотились в первую очередь… К тому же из-за одной, даже опасной, летающей твари никто не стал бы уходить всем поселением — такая не стала бы ломать стены, чтоб полакомиться людьми. А вот если стена разрушена, и люди не могут её починить — вероятно, вскоре туда сбегутся все окрестные хищники. Но это редкий случай, такое случается только с новыми поселениями — если кто-то повредил стены и ворвался внутрь, его убивают, а потом разбирают часть домов чтобы закрыть брешь, если материалов недостаточно.

Я принял решение навестить поселение. Несмотря на отношения наставник-ученик, на удивление, в нашем путешествии все решения относительно направления движения и действий лежали исключительно на мне. Подозреваю, если попросить старого рыцаря оставить меня в одиночестве — он с удовольствием так и сделает. Конечно, совместное путешествие доставляло некоторые проблемы — несмотря на достаточно долгое знакомство нельзя было с уверенностью предсказать, как старый рыцарь отнесётся к прямому нарушению рыцарского кодекса и норм местной морали. Он умел хранить секреты и не был слишком рьяным поборником правил — по крайней мере, на мелкие нарушения монастырского образа жизни, за которые могли привести к наказаниям он спокойно закрывал глаза, что делали далеко не все наставники. Предполагаю, он вполне мог бы закрыть глаза на некоторые спорные моменты и истолковать их в мою пользу, и, вероятно, будет молчать о всех наших разговорах — но полного доверия у меня к нему не было, хотя я и старался всеми силами демонстрировать обратное. Поэтому до поры до времени решено было избегать наиболее острых действий, ограничиваясь скорее опасными вопросами, которыми, с моей точки зрения, озадачивать местных совсем не требовалось. Потому что люди Тиала, похоже, вообще не задавались некоторыми вопросами, которые возникали у меня…