Ужин с ангелами [17,5][ЛП]

Джорни поиграл серьгой, висящей на мочке уха.

— Связь тоже отключена. Он предупредил нас за секунду до того, как отключил всё. Я успел уйти, чтобы все знали, что происходит.

— Но почему? Для чего он так поступил? Это как-то связано с Лиллианой?

— Я не знаю, — ответил Джорни, — но отец был в такой ярости, какой я никогда раньше не видел, — а я видел его в ярости — превращается в демона и буквально взрывается, как бомба. Нам нужно что-то сделать, и быстро.

Деклан схватил телефон со столика.

— Я могу позвонить ГРАДу. Может, у них есть какое-то представление о происходящем.

— У меня есть идея лучше, — сказала Сюзанна. — Лишь один человек может справиться с Азаготом, когда он в ярости.

Джорни выгнул проколотую бровь.

— Ты имеешь в виду Лиллиану? Удачи. Я пытался встретиться с ней пару недель назад. Но, она «плохо себя чувствовала».

Деклан вспомнил, как Сюзанна говорила то же самое, когда недавно пыталась навестить мачеху. Что бы ни происходило между Азаготом и Лиллианой, это было очень, очень личное.

— Ну, — протянула Сюзанна, и в карих глазах сверкал огонёк упрямства, который Деклан обожал, когда тот не направлен на него, — Я случайно знаю именно то, отчего ей станет намного лучше.

— Дай угадаю, — произнёс Джорни. — Еда?

Она погладила его по щеке, проходя мимо к двери.

— Видишь, вот почему все говорят, что ты умный брат.

Джорни просиял.

— Так говорят?

Деклан закатил глаза и успокаивающе похлопал своего шурина по спине.

— Конечно, чувак.

Дек присоединился к Сюзанне, смеясь, а Джорни крикнул им вслед:

— Вы двое придурки, в курсе?

Как будто Деклану этого раньше не говорили. Глупый ангел.

Сюзанна схватила сумку, которую оставила в гостиной.

— Я приготовлю что-нибудь для Кары. Пойдёшь со мной или останешься здесь?

Он взял её за руку, чтобы она смогла перенести его с собой.

— Я с тобой, милая. Всегда.

Её улыбка была ослепительной, и это почти компенсировало тот факт, что её брат-идиот прервал то, что, как он был уверен, стало бы секс-марафоном между простынями. Но в этом и заключалась суть бессмертия: если человеку не отрубят голову, вечность состоит из марафонов.