Хоккеист из моей мечты

— А что ты хочешь услышать? — закричал он на неё. — Что ты сидишь в моей голове? Что только ты в моем воображении? Что я все время жду, что ты окажешься там, где я? Да никогда!

— Ты уже это сказал! — словно плюнула она ему в лицо.

— Да пошла ты! — в этот раз эту фразу сказал он.

— И пойду! — она развернулась, но увидела Влада.

Сквозь людей, она видела его глаза. Саша видела, как он метался, но в его взгляде была мольба, мольба забрать брата. Она видела все, что Влад влюблён в неё, но брата любит больше. Такой красивый, тёплый, чистый… Саша ощутила, что они не пара, что она ему не пара. Он лучше её. Как бы пафосно это не звучало, в Александре было что-то не так, не так легко. На самом деле, они были похожи с Данилой. С ним ей было легко быть собой, дерзкой, резкой, молчаливой, неправильной, ей был близок этот соревновательный дух с Даней, ей было не сложно ему подчиняться, ей нравилась его доминирующая сила. Её это не обижало. В эту секунду, она почувствовала, что может справиться с ним, и просто игнорировать его грубость, она поняла его грубость, он просто не умеет быть открытым, телячьи нежности его пугают, а мысль что ему их хочется, раздражает. Он не доверяет женщинам. Его не любили. Может и любили, но побоялись перешагнуть за стену грубости и доказать ему это. Ему нужны доказательства. Ему нужны слова, что он единственный. Что нужен только он. Он же как ребёнок. Ущипнёт! И смотрит, словно проверяет, а такого, плохого меня любишь?!

Александра развернулась, он стоял на том же месте. Она подошла к Даниле совсем близко, дотронулась до его лица, смело, провела рукой по шее, плечу… увидела, как он втянул воздух и замер. Саша больше не хотела врать, изображать кого-то, не хотела прятать чувства, если он её оттолкнёт, будет больно, но девушка не хотела отталкивать его, пусть это решение будет за ним. Она понимала, что ещё месяц и он уедет, а вот что с этим делать, не знала. Но ей хотелось жить сегодняшним днём.

— Поехали! — в этот раз, эту фразу сказала она, утвердительно, настойчиво, и протянула руку.

Данила молча взял её за руку. Его грубая сухая ладонь была самым приятным, что она когда-либо держала. Ее тоненькая ручка тонула в его мужской руке. Данила Рассказов. Он был ее мечтой слишком долго. Такой сильный, мужественный. Эти темные волосы, которые сейчас лежали беспорядочно, и сломанный нос, и шрам на губе… этот огонь в глазах с непокорными темными ресницами. Темно-синяя рубашка, с небрежно закатанными рукавами и расстёгнутой пуговицей, выпущена на джинсы. Это все так ему шло, он был так идеален, для неё, все что могло в нем бесить, отталкивать, для неё было идеальным.