Соратник Орлеанской девы. Триумф и трагедия Жиля де Рэ [litres]

Они забыли о двух важных вещах: страна устала от войны, а её граждане не ждали ничего хорошего от возрождения феодализма. Карл VII великолепно сыграл на настроениях простых французов. В феврале 1440 года он разослал письма по «добрым городам», предостерегая их жителей против всех, кто хочет «внести какие-либо смуты или новшества в осуществление нашей сеньориальной власти, что привело бы к полному разрушению нашего королевства, замедлило бы объединение церкви, достижение мира… и освобождение нашего брата Орлеанского».

Карла VII не слишком печалила судьба кузена, томящегося в английском плену со времён Азенкура. Однако ему приходилось учитывать симпатии Орлеана и других городов, расположенных в землях этого герцога. Среди их жителей Карл Орлеанский пользовался большой популярностью. Однако ещё известнее и влиятельнее в этой среде был единокровный брат герцога Карла – граф и королевский камергер Жан де Дюнуа, активный участник боёв за город в 1428—1429 годах и один из близких друзей Жанны д’Арк, известный также как Орлеанский бастард.

Упоминание о его томящемся в плену брате было призвано убедить Дюнуа покинуть ряды мятежников. Это помогло бы сплотить естественных союзников короля, горожан, и направить их энергию в выгодное для монархии русло. С начала коммунальных выступлений в XI веке жители городов часто поддерживали своего монарха против местных феодалов, но случалось и наоборот… Как во времена восстаний майотенов и кабошьетов. Сейчас, когда угроза феодальной раздробленности в очередной раз нависла над страной, города готовы были дружно встать на сторону короля. Прагерия выявила это довольно быстро.

Карл VII действовал аккуратно, но энергично. Отправив к мятежникам делегацию во главе с Ришмоном, король назначил сбор своей армии на Луаре. К тому времени как послы вернулись, привезя в качестве ответа «оскорбительные и бесчестные слова» герцога Бурбонского, у Карла VII было уже достаточно войск, чтобы начать наступление. В марте королевская армия двинулась в Пуату. Карл VII лично вёл войска в бой. А чтобы никто из восставших не мог в этом усомниться, на стягах всех «копий» сверкали золотые короны.

Это была армия, успевшая привыкнуть к победам. Совсем недавно она освободила Париж. Её бойцы и командиры закалились в непрерывных походах, были прекрасно вооружены, отлично обучены. В последние годы они участвовали в боях намного чаще, чем большинство заговорщиков. Войска вели в бой Артур де Ришмон, Рауль де Гокур, герцог Карл Анжуйский, граф Бернар д’Арманьяк, граф де Ла Марш. Атаки на важнейших направлениях часто возглавлял Карл VII.