Каменный леопард

«Если это место пусто, мне лучше предварительно осмотреть его сегодня вечером», — сказал Лански. Он встал. — Мы встретимся на автобусной остановке на площади Гар завтра в оговоренное время?

— Торопиться опасно, — пробормотал Бруннер.

Ванек наклонился вперед, пока его лицо почти не коснулось лица Бруннера, все еще говоря очень тихо. «Подумай, мужик! Это будет вечер субботы — тело обнаружат не раньше утра понедельника…

Веревка воспользовалась набором французских отмычек, которые в последний момент доставили из Киева в Табор вместе с фальшивыми карточками Сюрте, чтобы открыть дверь квартиры Жувеля. Это была четырехкомнатная квартира: гостиная-столовая с цветным телевизором, две спальни, кухня и ванная комната. Войдя в квартиру, он первым делом задернул шторы, затем осмотрел помещение с помощью карманного фонарика.

Все было чисто и аккуратно; Лански напомнил себе, что должен помнить об этом, когда дело доходит до подготовки сцены.

Лански не взял с собой веревки; покупка отрезка веревки может быть опасной, если впоследствии полиция проведет надлежащую проверку. Вместо этого он огляделся в поисках чего-нибудь в помещении — шнура для пояса, ремня, чего-нибудь достаточно прочного, чтобы повесить человека за шею, пока он не умрет. Внутри старомодного отдельно стоящего платяного шкафа он нашел то, что искал, — старый шерстяной халат с ремешком на талии.

Он тщательно проверил прочность шнура, привязав один конец к ножке старомодной газовой плиты на кухне и сильно потянув за нее. При необходимости, чтобы придать ему больше прочности, он мог позже погрузить его в воду. В частном порядке он уже отверг предположение Бруннера о том, что Жувель может утонуть в собственной ванне; это включало раздевание мужчины, что занимало больше времени. А самоубийство всегда было тем, на что полиция была готова пойти, когда вдовец жил один. Затем он проверил ручку снаружи двери в ванную, чтобы убедиться, что она прочная. Бруннер сказал ему, что люди нередко вешаются на внутренней стороне двери ванной; возможно, они чувствовали, что могут выполнять эту работу здесь, в приличном уединении.

Двадцать минут — это максимальное время, в течение которого грабитель может находиться в доме; после этого статистика показывает, что закон средних чисел действует против него. Лански тщательно рассчитал свой визит на двенадцать минут. Он снова открыл шторы и уже был готов уйти, когда услышал голоса в коридоре неподалеку. Прижавшись ухом к дверной панели, он внимательно слушал. Два голоса, мужской и женский, наверное, той девушки из соседней квартиры, о которой упоминал Ванек. Они говорили по-французски, но Лански не мог разобрать, о чем идет речь. Он подождал, пока голоса стихли, дверь закрылась и шаги удалились по коридору. Когда он вышел и снова запер дверь Жувеля, в здании воцарилась тишина. Менее чем через двадцать четыре часа, в семь вечера следующего дня, он вернется, чтобы нанести последний визит Леону Жувелю.

Он вышел из-под арки на улицу Эпин с такой же осторожностью. Но сегодня вечером полицейский детектив Арман Бонёр был в пятидесяти километрах отсюда, в Сарбуре, сидел в своей машине, холодный и подавленный, и наблюдал за домом, где Леон Жовель наносил дежурный визит своей пожилой сестре. Лански подождал еще немного, пока единственный человек в поле зрения, человек, идущий в сторону площади Клебер, не исчез. Этим человеком был Алан Леннокс.