Разбитое сердце

— Я объяснила ей, что ты присмотришь за ней, и она согласилась.

— Черт, я даже не умею…

— Макс, пожалуйста, — всхлипнула я. — Ты единственный, к кому я могу обратиться.

— Мисс?

Я повернулась и увидела в дверях доктора.

— Сейчас состояние вашей матери стабильно, но нам срочно нужно отвезти ее в клинику. Вы будете ее сопровождать?

— Я…у меня маленькая дочь, — вздохнула я. — Я поеду следом за вами.

Он кивнул и объяснил мне, в какую больницу нужно ехать.

— Боже, — сказал Макс. — Черт, ладно, я выезжаю.

— Спасибо тебе.

Я положила трубку и взглянула на Имми, которая смотрела на то место, где только что стоял врач.

— Мамочка, бабуля умрет?

— О, милая…

Я подошла и взяла ее в охапку. Она пока еще не совсем понимала, что такое смерть. Но она чувствовала, что происходит что-то плохое. Я взъерошила ее мягкие локоны, пытаясь успокоить ее. Присев на кровать, я взяла ее на руки и начала убаюкивать, утешая ласковыми словами. Я даже не услышала, как пришел Макс. Он стоял в дверях и смотрел на нас. Вдруг Имми сказала:

— Мамочка, тут дядя пришел. Этот тот самый хороший друг?

Я подняла голову и увидела Макса, который внимательно рассматривал дочь. В его глазах читались боль и растерянность.

— Да, — прошептала я, поднявшись с кровати и опустив дочь на пол. Я вела ее вперед, пока мы не остановились прямо напротив Макса.

— Имоджен, знакомься, это Макс, мой друг.

Имми подняла на него глаза, и в моей душе все перевернулось при виде того, как он смотрит на нее, и как с каждой проходящей секундой его взгляд становится все мягче. Наконец, он сел на колени и внимательно посмотрел на нее. Когда он говорил, то его голос становился более глухим от нахлынувших эмоций.

— Привет, малая. Как делишки?

Она смущенно улыбнулась.

— У меня все хорошо. А бабуля заболела.

Он кивнул.

— Да, это грустно.

Она кивнула.

— Мама сказала, что если я побуду с тобой, пока она помогает бабуле, то ты разрешишь мне посмотреть «Гадкий я».

— Хм, думаю, мы что-нибудь придумаем.

Макс взглянул на меня, его глаза заблестели от прилива чувств. Я расплакалась и отвернулась, зажав нос в попытке задавить в себе тяжелые всхлипы. Я старалась взять себя в руки и достойно пережить эту ситуацию, но это был наихудший момент для знакомства. Я хотела, чтобы все было иначе, и при других обстоятельствах. Но у меня просто не было выбора.

— Я позабочусь о ней, — решительно заявил Макс.

Я повернулась к нему, он стоял так близко, что я просто уткнулась в его грудь. Сделав шаг назад, я сказала:

— Я верю тебе.

Он наклонился ко мне, и, когда его губы оказались на уровне моего уха, сказал:

— Она просто прелестна. Это все ты виновата.

Я снова заплакала и отвернулась, лишенная всякой способности переносить все это. Я села на корточки перед Имми.