Станция конечная. Землянкам вход свободный! (СИ)

Единственное, во что еще готова поверить, так это в то, что их дети, каким-то образом меняют нашу ДНК, замедляя старение, увеличивая продолжительность нашей жизни. И этому есть неоспоримые доказательства, а все остальное просто чушь собачья.

Не такой жизни я хотела для себя, вот только как мне не застрять в этом болоте лжи, лицемерия и притворства? Как сохранить собственное «я»?

Мы с Эшарионом переступили грань телесного отчуждения. В сексе он великолепен, до сих пор коленки подрагивают, этого у него не отнять, а дальше что? На этом наши интересы заканчиваются.

Этот мир чужой для меня, как бы я не старалась привыкнуть. Яркие краски окружающей среды, жителей, природы не вписываются в мой маленький собственный мирок. На все смотрю будто со стороны и никак не вижу себя на Эланте. Это их мир, а я лишь серое безликое существо, не вписывающееся в их идеальное общество. Одинокая и никому не нужная. Я необходимый «сосуд», но не более того.

Все так же стояла в халате у открытого окна и предавалась накатившему унынию. Даже солнце меня больше не согревало. В душе образовалась холодная пустота.

Все-таки как же легко убить в человеке веру и надежду, отрезать все пути-дорожки, оставляя лишь одну ту, которая доведет тебя до логического конца и ты знаешь, что будет завтра, послезавтра, через неделю, месяц, года, а потом и века. В моем случае изменений никаких нет и не будет, хотя нет, изменениями будут лишь мои дети, а так как моя жизнь будет длинной, то и количество мальчиков угадать невозможно.

Мокрые пряди волос теребил легкий ветер, крадущийся через створки открытого окна. Все еще мокрая, укуталась плотнее в халат, так как стало зябко от небольшого сквозняка.

- Ксюша ты хочешь заболеть? – недовольно прорычало за спиной.

От нарушенной тишины вздрогнула, но не обернулась, все так же гипнотизируя горизонт.

Эшарион обошел меня и шумно захлопнул створки окна. Поморщилась от громкого звука и отошла.

- Ксюша, - позвал меня мой недавний любовник.

- Ты не дашь мне заболеть, - запоздало ответила на вопрос. Мое состояние было слегка заторможенным. – Ваша медицина быстро вылечит.

- Я беспокоюсь о тебе, - чуть мягче добавил он.

Ой ли, обо он беспокоиться. Печется, чтобы «ценный сосуд» не был поврежден ни внешне, ни внутренне.

- Не стоит, - вот смотрю на него, но кроме красивой жесткой обертки ничего не вижу. Неужели он на самом деле такой черствый? Иногда проблески заинтересованности и участия проявляются, но это все не то. Он словно делает свою работу, проявляя обо мне эту заботу и опеку, а так хочется окунуться в настоящий внутренний огонь, ощутить искреннее тепло «человеческих» чувств. – Я не собираюсь болеть.

- Иди сюда, - позвал он меня, быстро сокращая между нами дистанцию. Я пикнуть не успела, как меня бережно обняли и притянули к горячему телу. – Прости, - неожиданно выпалил он.

- За что? – наигранно удивилась я, задирая голову, встречаясь с ним взглядом. Разве ему знакомо значение этого слова?

- Я поторопился, - рвано выдохнул он, бегая взглядом по моему лицу. Постаралась максимально убрать эмоции. Я тоже умею быть хладнокровной. – Я не хотел тебя пугать, но твоя близость манит меня, пьянит, затуманивает голову.

- О чем ты? – сомневаюсь, что Эшариона можно дезориентировать, но именно об этом он сейчас пытается мне сказать, либо очень умело и искусно играет роль «завязанного».

- Наша связь…

- Ясно, - конечно, он сейчас все будет списывать на нее, пытаясь оправдаться или скорее всего просто поставит перед фактом, но я не хочу этого слышать. – Эшарион не утруждайся объяснениями, - вывернулась из объятий и отступила в сторону, хотя тепло его рук очень согревало. – Ты же в своем праве, - к горлу подкатил нервный ком. Черт, а вот слезы сейчас некстати. – Как я и сказала, ты можешь пользоваться этим телом, когда захочешь, - развязав полы халата, демонстративно сбросила его с плеч, оставаясь полностью обнаженной. Я провоцировала, но мне самой было гадко от этой ситуации. Не могу принять их законов с жалкими объяснения «связанности». Слушать это выше моих сил.

Прохладный воздух раннего утра «окутал» меня до «гусиной» кожи. Соски мигом затвердели, превращаясь в горошины, что не осталось незамеченным мужчиной. Он недобро сощурился, окидывая меня раздраженным взглядом, поджимая губы в тонкую полоску, а потом, подняв с пола халат, накинул мне его на плечи и молча вышел из комнаты.

- И что это было? – пробормотала растерянно, а ведь он даже не удосужился одеться. Полотенце на бедрах в расчет не берем.

Поразмышляв еще пару минут, пришла к выводу, что лучшего поступка он сделать и не мог. Слова были бы лишними, а действия тем более, поэтому он нашел самый разумный аргумент, просто ушел.

Мысленно поставила Эшариону еще один плюсик. Кажется, я начинаю искать в нем положительные качества. Я мазохистка.

Передернув плечами от этих неожиданных мыслей пошла одеваться, тем более очень хотелось есть.

Не успев выйти из спальни, натолкнулась на Шамира. Он стоял рядом с нашей комнатой и подпирал лениво стену, но едва заметив меня, мигом подобрался и навесил на лицо самое суровое выражение. Хмыкнула на этот «воинственный» вид и проигнорировав мужчину, пошла в сторону выхода.

Наверняка осуждает меня за плохое настроение своего начальника. А мне по барабану, хоть задохнись от своего недовольства, мне плевать.