Бессердечный принц [litres][Cruel Prince]

– Мы…

Но все, что он хотел сказать, ушло на второй план, когда в кухню вошла Бьянка. На ней был надет откровенный наряд на два размера меньше нужного.

Улыбнувшись, она достала из корзины яблоко, подмигнула нам и сказала:

– И с сестрой.

Мы с Коулом посмотрели друг на друга.

Папа должен был отправить Академии больше денег. Что-то мне подсказывало – в этом году у нас будет гораздо больше неприятностей, учитывая, что Бьянка теперь первокурсница в Академии.

Отец отвел взгляд и что-то невнятно пробормотал себе под нос.

Бьянка может обвести вокруг пальца не только папу, но и большинство людей, которых она встречает.

Отчасти это вина моей матери. Она была звездой Болливуда… пока однажды наш отец не приехал в Индию с его отцом в командировку. Тогда он впервые увидел маму, сразу же по уши в нее влюбился и тайно увез в Штаты, где они жили долго и счастливо.

Руми Ковингтон была самой прекрасной женщиной в мире. Бесспорно.

Коул был очень похож на нашего отца – те же светло-зеленые глаза и бледная кожа. Я смешал в себе черты обоих родителей, что-то от мамы, что-то от папы. Но вот Бьянка была точной копией нашей мамы.

Понятное дело, с ней было гораздо проще, когда она была, так сказать, гадким утенком… тогда ей еще не сняли брекеты и она не носила линзы. Но сейчас я уже предпочитаю не думать об этом.

Я сжал вилку в руках. Что и нужно было сделать нашему отцу, так это отправить ее наверх и заставить переодеться, но он, конечно же, этого не сделал.

Джейсон Ковингтон – профессионал в избегании разного рода конфликтов и серьезных разговоров с детьми.

Это иронично, учитывая, что он владеет Trust Pharmaceuticals, одной из крупнейших фармацевтических компаний в мире. И если на работе ему необходимо поднять шумиху ради получения желаемого, то он сделает это без проблем – все для достижения своей цели.

Жаль, что для собственных детей он не может сделать и половины того, что готов сделать ради карьеры. Но он перестал как-либо заботиться о нас уже очень давно, так что мы привыкли.

Черт, да он фактически позволяет мне, брату и сестре переступать через него.

– Ты никуда не пойдешь в таком наряде, – сказал я сестре. В это время открылась дверь во двор и на веранду зашел мой друг Оукли.

Ну, или, по крайней мере, он попытался. Этот придурок споткнулся, запутавшись в собственных ногах, потому что уставился на Бьянку и не смотрел, куда шел.

Прищурившись, я глянул на нее.

– Ты выглядишь так, будто закупилась одеждой в магазине «Потаскушка-экспресс».

Она откусила яблоко и сказала:

– Может быть, я одолжила этот наряд у одной из твоих подружек-потаскушек.

Оукли и Коул засмеялись, я бросил на них предостерегающий взгляд, так, чтобы они поняли, что сейчас вообще не до смеха, затем вернулся к разговору с сестрой о ее внешнем виде.

– Иди переодевайся.

Она уже открыла рот, чтобы возразить, но я тут же стукнул кулаком по столу. Я был абсолютно не в том настроении, чтобы выслушивать ее жалкие отмазки.

– Значит, так, либо ты идешь наверх и переодеваешься, либо…